Глава 7

Проблемы транспорта

— Паша, давай, заводи свою ласточку, надо ехать.

— Далеко?

— Нет, на улицу Октябрьского переворота.

— Ладно, через пять минут выходи.

Уполномоченный Шихман длинным глотком допил кофе, которым он баловал себя и вышел из кабинета, а я спешно убирал в сейф папки со списками ранее судимых за квартирные кражи, проживающих в районе — рыжий своим звонком сбил все планы. Через полчаса он встречался с парнями, еженедельно сдающими ему вещи, поэтому надо было срочно ехать на адрес и занимать место в партере.

Выйдя на крыльцо отдела я, по доносящимся из-за угла истошным крикам, понял, что дело неладное. Синяя «копейка», принадлежащая маме Шихмана, стоящая под окнами нашего кабинета, бодро дымила серым дымком из-под капота, а Паша, под доброжелательные крики прохожих, безуспешно пытался добраться до источника возгорания.

— Запор оттянул? — я подскочил рядом и сунул пальцы под крышку капота.

— Да, но он, сука, не открывается! — глаза Паши были размером с медные пятаки.

— Давай на раз — два — мы рванули вверх, что-то щелкнуло, крышка со скрипом взметнулась вверх и моему взору апокалиптическая картина: откуда — то снизу, со стороны стартера шел серый вонючий дым, а блок предохранителей, где все гнезда были заполненный медными монетками, весело посверкивали фиолетовые электрические вспышки.

Пару монет я вытащил через носовой платок, потом рядом с моими пальцами хищно щелкнули губки пассатижей, за которые держался деловитый Шихман. Я убрал руки от греха подальше, и посоветовав младшему уполномоченному заняться машиной, побежал в сторону автобусной остановки.

Двух парней, вынырнувших со двора Рыжего я опознал по большой спортивной сумке, которую один из них нес в руке. Эту сумку я видел полной и тяжелой, когда на своем горбу, Игорь, втаскивал ее в вагон электрички. Не знаю, в каком порядке происходит обмен хабара на деньги, возможно, что как в кино — путем обмена одинаковыми чемоданчиками, хотя вряд ли — понятие, что кинуть ближнего своего не западло, стало входить в нашу жизнь.

В любом случае, я, заметив сумку, сразу же свернул за ближайший угол.

Парни прошли мимо, когда я, не дыша, старался спрятаться за жидкими кустами вездесущего канадского клена. Отпустив их метров за сто, я перешел тихую улицу и двинулся в попутном направлении. Пройдя по улице Пролетарского писателя, ребята остановились у обочины и стали голосовать. Не сбиваясь с шага и не глядя в сторону объектов наблюдения я свернул в сторону, куда с большой вероятностью поехал бы вылавливаемый жуликами транспорт. Черная «Волга» ГАЗ — двадцать четыре, завывая коробкой передач, прошелестела мимо меня, блестя полированным бортом. И все в ней было солидно и благополучно, если бы не один из жуликов, мелькнувший за стеклом передней правой двери. Я прошел еще несколько шагов, дожидаясь, пока, заметная издалека, номенклатурная машина не скрылась за поворотом, и повторяя про себя цифры и буквы номера, затем записал все в записную книжку. Конечно, было бы лучше, чтобы мы с Шихманом, следовали бы на удалении за черным «членовозом», но хоть такой результат. Не солоно хлебавши, я вернулся в отдел, вошел в кабинет, где обнаружил непрошенных гостей.

На скамейке сидел Шихман, прячась за большую кружку чая, а рядом с ним сидел молодой парень, на вид не белее семнадцати-восемнадцати лет, невысокого роста, с вытянутым, простоватым, детским лицом, и качал ногами с интересом наблюдая за мужчиной в сером костюме, который деловито копается в сейфе с «общими делами», ключ от которого был спрятан в укромном месте.

— Добрый день. А вы кто будете?

Мужчина в костюме обернулся. Рыжеватые волнистые волосы, тонкие черты бледного лица, два темных, как ночь зрачка, уставились на меня:

— Я старший оперуполномоченный по линии квартирных краж капитан Близнюк Владимир Борисович.