При входе в РОВД следователь протянула мне протокол осмотра и мои справки с объяснениями, что я передал ей десять минут назад:

— Паша, иди материал зарегистрируй.

— Что, дело возбуждать не будешь?

— У руководителя выписка из решения райкома комсомола, что он назначен начальником центра, сейчас отсутствует, сказал, что завтра привезет, а без полномочий первого лица я заявление от него принять не могу.

— Понятно, я зарегистрирую, но завтра по смене передам, себе оставлять не буду.

— Ой, Паша, делай что хочешь, только материал у дежурного зарегистрируй.

Плохой

Я плохо помню, что происходило в том кабинете. Я усадил девушку на стул, разложил на столе бланк объяснения, распечатку информационного центра, начал заносить в протокол опроса ее данные. Девушку звали Инна Смирнова, жила она на противоположном берегу в новом районе, на улице Юных Борцов, дом сорок. Заполнив анкетные данные, а поднял глаза на задержанную…У Инны были ярко синие глаза, на фоне черных волос, заплетенных в школьные косички, это просто сносило башку:

— Что вы сказали?

— Я сказала, что ты мне тоже сразу понравился.

— Э…

Девушка грациозно встала, сделала два шага в мою сторону, склонилась, не отрывая взгляда лучистых глаз, ладошкой подвинула мои колени из-под стола в свою сторону, и плюхнулась на них, обвив мою шею гибкими руками.

— Э…

Инна поерзала на моих ногах, устраиваясь поудобнее, потом капризно произнесла:

— Если ты меня не обнимешь, я буду соскальзывать.

Мы долго целовались, от ее губ сладко пахло земляникой, постепенно я осмелился поднять руки выше талии.

— Подожди — голос моей красавицы звучал хрипло, ноздри широко раздувались. Она с трудом оторвалась от меня, сняла вязаный свитер, оставшись в футболке с короткими рукавами. Потом она как-то изогнулась и вытащила через рукава футболки маленький, белоснежный бюстгальтер и несмело улыбнувшись, шагнула ко мне.

Грудки ее были маленькие, упругие, с торчащими коричневыми сосками, которые я, с рычанием, чуть не отгрыз. Она смеялась, прижимая мою голову к себе, нежно направляя меня ладонью. Когда моя рука переместилась под длинную юбку, оказалось, что моя любовь носит чулки на резинке и узенькие трусики. Пальцы скользнули к холмику между ног, осторожно двинулись внутрь, гладя нежную повлажневшую плоть. Синеглазка на моих коленях глухо застонала, изогнулась, потом с силой вырвала мою руку из-под юбки.

— Понятно, все как всегда… — я не успела додумать мысль об очередном «динамо» со стороны вероломной девицы, когда она, не отрывая от меня своих, казалось, ставших еще больше, глаз, прохрипела:

— Подожди, я не хочу первый раз здесь.…Сейчас я сама тебе все сделаю.

Пока я пытался понять, кинула ли меня очередная девка с «песнями о самом главном», или будет продолжение, девушка встала, сняла со сломанного стула оторванную сидушку и бросила ее на пол, затем, поддернув юбку, встала на этот квадрат на колени.

— Тебя долго ждать, иди ко мне — тонкая рука изящно вытянулась в мою строну, пальчик игриво поманил к себе.

Все еще не понимая, его она хочет, я остановился в полуметре он нее. Инна, с силой, схватилась за мою руку, подтянула поближе, вжикнула молния на джинсах и я почувствовал чужие пальчики в моих тесных и мокрых плавках.

Девушка поглаживала мой член, с лукавой улыбкой рассматривая его, потом скомандовала «Не шевелись», встала, оглядев обстановку, нашла на подоконнике обрывок газеты, обтерла мой конец и сразу же сунула его в рот.

Кончил я через несколько секунд. Когда накатило, я попытался отодвинуть ее голову подальше, но Инна, к моему дикому восторгу, не прекращая сосать, сильнее впилась в мои бедра руками, казалось, полностью заглотив его, продолжая двигаться вперед — назад.