|
На руках и одежде Пригожина и Климовой продуктов выстрела не обнаружили. Трое убиты преимущественно в голову, пулями калибра 5,6 мм, гильз на месте происшествия не обнаружено. Осмотром места происшествия установлено, что одно из окон здания метеостанции выбито изнутри. На осколках стекла имеются остатки хлопчатобумажной ткани чёрного цвета. От здания метеостанции в северо-западном направление идёт цепочка следов двух или более людей, которые старались идти след-в след. Прошедший снегопад помешал более точно идентифицировать цепочку следов, которая уходила до проселка, по котором регулярно, на тракторах, вывозилось сено с полей на фермы, где и терялись.
— Прикинь, братан, трое убитых из одной деревни, а грузовик — кума убиенного Кири, гнусь еще та, но не суть. Кума взяли за жабры, отрабатывают на причастность, но он ваабще тугой, мычит что-то, что дал Кире грузовик на два дня, дрова привести. Но он сейчас в ИВС сидит, и с ним из областного управления рэксы работают, так что к нему не подобраться. А за деньги, нам начальник вчера неофициально сказал, премия обещана, три тысячи, прикинь?! Вы же на машине? Вот поехали, вывернем эту деревню и думаю найдем подельников, а с ними и деньги! Поехали, а братан?!
— Ты что, думаешь, что там никто не работал? — я пытался успокоить разошедшегося Федора.
— Да че там работали? Там участковый — местный, он ни в жизнь своих никому не сдаст, сам все вопросы решает. А эти, из областного, они в кума Кириного вцепились, ну и этого, Пригожина плющат, круглые сутки, чтобы они не расслаблялись. Давай, решайся, еще сегодня поработать успеем.
— Ладно, давай. Только, не вздумай нас с деньгами, Федя кинуть — я поднялся из-за стола и кинул деньги: — Пошли, хорош ночевать.
Павел Громов
— Что-то ты внучек зачастил — бабуля, к которой я вынужден был зайти, так как не уверен, что за посещением погреба не наблюдают внимательные глаза местных бабок, поцеловав меня в щеку, пошла на кухню ставить чайник.
— Да, вчера забыл капусты взять, да картошки немного насыпал, все равно по делам мимо проезжал. С тобой кстати поделится?
— Нет, мне ничего не надо, все есть. Иди руки мой — бабуля хлопотала на кухне, собирая на стол нехитрый ужин для внука.
А я включил воду в уборной и незаметно для себя, застыл перед собственным отражением в старом зеркале.
Вчера ко мне домой ворвалась Нина, поделится важными новостями.
— А Пригожин на третьи сутки в камере умер, говорят сердце не выдержало. В главбуха с перепугу выпустили, она обещала завтра на работу выйти. А ты ничего об этом ограблении не слышал?
— Нина, ты третий раз меня уже спрашиваешь. Ты же меня сама в кабинете нашла. Что, не помнишь, как меня до машины тащила? И считаешь, что я за ночь восстал из мертвых и банду организовал? Книжек детективных меньше считай. Сколько там у них украли?
— Говорят, что больше восьмидесяти тысяч, но я думаю, что врут. Уверена, что денег больше было. Слушай, а что если ты…
— Ты, Нина, даже близко ничего не думай, я к этому делу ни на шаг не подойду, поняла меня? Сиди на попе ровно, продолжай работать, еще будут у тебя шансы…
— Когда? Когда они будут?
— Я думаю, что в течении полугода что-то произойдет. Поэтому веди себя как мышка, а если тебя хоть в чем-то заподозрят, никого из твоей родни в живых не оставят, понимаешь ты?
— Да я то понимаю, только время идет, а ничего н меняется, ты какие-то копейки дал…
— Нина, не начинай, я деньги тебе буду давать по графику, и больше ты ни копейки не получишь.
— Да ладно, я вообще то соскучилась…
— Нина, ты извини, но я до сих пор не…. |