— Почему не понимаем? — переспросил я. — Мы все понимаем. Мы даем народу свободу, которой он был лишен во все время существования Богославии. То, что вы называете сегодняшней свободой, это всего лишь маленькая оттепель после холодной зимы. Даже не весна. Март месяц. А у нас в Богославии говорят: марток — надевай десять порток. И народу предстоит выбрать самому сезон их жизни — зиму или лето. А вам спасибо за интерес к моей персоне.

Вошедший в кабинет помощник что-то прошептал президенту на ухо. Президент стал медленно бледнеть, а правая сторона лица стала искажаться судорогой. Вряд ли он сейчас в состоянии что-то говорить. Я встал и пошел к выходу. Никто меня не задерживал и никто меня не удерживал. Я дошел до выхода, через которые в крепость проезжали правительственные машины и где ждали мои сопровождающие сотрудники.

— Алексей Алексеевич, — сказал мой помощник, — в Богородске объявлено чрезвычайное положение в связи с активным распространением среди населения синдрома Квазимодо. Почти восемьдесят процентов населения заквазиможено. У нас сегодня назначены встречи в министерстве юстиции и в Центризбиркоме. Я уточню время и сообщу вам.

Ну, что же, страна готова к выборам. Четыре пятых населения — квазимоды, восемьдесят процентов, если с дробями в школе были проблемы. Но за кого проголосуют квазимоды? За обновление, которое может помочь им стать людьми, а, может, и не помочь. Но надежда есть. Или вернуться назад, где они останутся квазимодами навсегда и число их увеличится. Главное — чтобы подсчетом голосов занимались не квазимоды, а нормальные граждане, для которых объективность — их постоянная гражданская позиция.

Богославы больны ностальгией,

Вспоминают умильно царя,

Кто террор назовет терапией

И большие в тайге лагеря.

Кто-то горло лечил керосином,

Кто-то улей занес на балкон,

Кто-то лечится лампочкой синей,

Кто-то сиднем сидит у икон.

Кто-то вспомнит икру в магазинах,

Море водки, цена — три рубля,

Продавщица, красавица Зина,

Материлась, ну сущая бля.

В Минюсте без задержек получили свидетельство о государственной регистрации партии КС, в Центризбиркоме мне выдали удостоверение кандидата в президенты Богославии.

— Ну что, поехали, — пронеслось у меня в мыслях, — сначала ввяжемся в драку, а потом посмотрим, что у нас из этого получится.

Глава 25

Незадолго до выборов у меня состоялась приватная встреча с руководителями основных дипломатических представительств, аккредитованных в Богородске.

Дипломату не возбраняется просто так встретиться с одним из кандидатов в президенты. Но во всех странах, даже в тех, кто называет себя оплотом демократии и свободы, такие встречи считаются деянием предосудительным, чем-то вроде вмешательства во внутренние дела и проталкивания во власть враждебных стране кандидатов. Богославия здесь не исключение.

В группе из пяти послов только у китайского посла был не так сильно выраженный синдром Квазимодо. Понятно, кто и как относится к Богославии. В отношении китайцев все понятно. Их теория китаецентризма претерпела некоторую трансформацию. Вместо презрения к варварам у них появилось отношение равнодушия к другим странам.

Дипломатов интересовал один вопрос — как будет относиться Богославия к их странам в случае моей победы на выборах.

— Господин кандидат в президенты, — сказали послы, — по нашим данным, вы безусловный фаворит президентской гонки и нынешние выборы будут считаться самыми чистыми выборами с момента изобретения этого способа народного волеизъявления.

— Как же вы определите чистоту выборов, господа, — спросил я, — если на выборах не будет присутствовать ни одного иностранного наблюдателя? Нет ни одной заявки.