— Трикс, пожалуйста, постарайся не делать лужи, — обратился Чурч к чужому, словно выгуливал собаку по обычному тротуару.

Потом Чурч повернулся к следовавшему на некотором расстоянии за ними Блэку и крикнул ему через плечо:

— Осторожно: не поскользнись. Что-то сегодня утром у нашей собачки слишком обильное слюноотделение.

Чужой попытался еще раз броситься вперед. Чурч, нахмурившись, снова пустил электрический ток.

— Как нехорошо! — пожурил доктор.

Конечно, здесь напряжение было значительно меньше, чем в вольерах. Чурч не хотел, чтобы чудовище каждый раз в бессилии валилось на пол, а потом отходило какое-то время. В таком случае никакой прогулки по станции не получилось бы, а Чурч запланировал именно прогулку. Нет, доктор придумал эту сбрую с любовью, он называл получаемый чужим слабый электрический шок расслабляющей болью. Она требовалась для того, чтобы Трикси оставался послушным и в точности выполнял приказы хозяина.

Они миновали несколько человек в коридоре, большинство из которых сразу же побледнело и постаралось побыстрее исчезнуть, несмотря на то что Чурч всячески старался их успокоить, вел себя абсолютно непринужденно, даже увещевал их и заверял в полной безопасности. На самом деле доктор особо не удивился, что встретившиеся им на пути вели себя именно так, он только жалел о том, что обычные люди просто не понимают, что сегодня бояться нечего.

Да, конечно, при определенных обстоятельствах встреча с чужим может оказаться весьма неприятной, но только не сегодня. Сегодня Трикси послушен.

«Он — мой!» — думал Чурч. Это ощущение власти над кем-то возбуждало доктора. Оно было поразительным чувством, которым Чурч наслаждался в этот момент. Он сделал первую попытку надеть придуманную им сбрую на чужого, чтобы заставить чудовище полностью подчиниться своей воле. Однако в то же время Чурч находился так близко к чужому, что ощущал специфический запах гнили, исходящий от него. В этот момент ни у Чурча, ни у Трикси не возникало ни малейшего сомнения в том, кто контролирует ситуацию; правда, встретившиеся им по пути в коридоре люди даже не задавались таким вопросом, а просто старались в страхе побыстрее скрыться.

«Пусть думают что хотят. Ведь все равно вожжи держу я, а Трикси передвигается на четвереньках — ползет, пока я разрешаю ему это».

Они завернули за угол и пошли по коридору номер пять, где находился спортивный зал. Чурч вспомнил, что Креспи собирался размяться и поработать на тренажерах. Не исключено, что он еще до сих пор здесь и увидит, чем занимается доктор, а в результате забудет о своих секретах с МакГиннесс. Как мужчина, более того — ученый, может заниматься какими-то пустяками, делиться тайнами с женщиной, когда он в состоянии подчинить своей воле чужого, непобедимое инопланетное чудовище. Чурч покажет Креспи, что такое наслаждаться властью над покоренным существом.

— Маленькие голубенькие цветочки в кукурузе... эй, эй... а ты не смейся, когда собачка захочет съесть луну... — пропел Чурч.

Впереди в пол был встроен пульт управления. Перед ним склонилась женщина-оператор. Чурч слегка дернул за поводок, пытаясь отвести Трикси в сторону, чтобы не напугать ее. Они находились в нескольких метрах от нее, когда женщина внезапно повернулась и взглянула в их сторону.

Женщина закричала так, что мертвецы на Земле, наверное, поднялись из своих могил.

Остальные, находившиеся в коридоре, правда, несколько дальше, тоже повернулись и увидели происходящее. Они также заорали в панике, создавая ненужную шумиху, подавая сигналы тревоги и предупреждая о в общем-то несуществующей опасности.