|
Лейси убрала руку с его живота, что вызвало у Диллона вздох разочарования. – Извини, – сказала она. – Олли рассказывал мне, что ты никогда не заводишь романов с женщинами, которые работают в твоем отделе. Интересно, с какой стати Олли ей это сказал, подумал Сэвич. Хотя да, они ведь встречались с Ханной до того, как она перешла в его подразделение, но после того, как она стала его подчиненной, он сам положил этому конец. Ну что ж, по крайней мере, в одном случае Олли оказался прав. Еще час тому назад Сэвич готов был бы побиться об заклад, что так будет всегда. – Да, я действительно не завожу романов со своими сотрудницами. По крайней мере, до сих пор не заводил. Но теперь, похоже, все это полетело к чертям. И не смей больше извиняться. Если ты это сделаешь, я за себя не отвечаю. – И что же ты тогда сделаешь? – Все, Шерлок, я ухожу. Я не собираюсь пользоваться тем, что тебе приснился кошмар. Ты сейчас взволнованна, тебе страшно, а я как раз оказался, что называется, под рукой. Но на самом деле ты прекрасно обойдешься без меня. С тобой ведь все в порядке, верно? Лейси не сказала ни слова. Вместо этого на грудь Сэвича закапали слезы. Ему показалось, что его ударили в живот. – О, черт, – пробормотал он. В следующую секунду Лейси уже лежала на нем, а он легко и нежно целовал ее лицо и плечи. – Не плачь, – шептал он. – Я просто стараюсь вести себя как джентльмен. Это стоит мне больших усилий, и я, похоже, проигрываю в этой борьбе. Ты должна мне помочь. Я очень тебя хочу, но сейчас не совсем подходящий момент, поверь мне. Да, я ужасно хочу тебя, если тебе интересно это знать. Ладонь Лейси заскользила вверх по бедру Сэвича. – Значит, все дело только в этом, – шепнула она ему в ухо. Он не понял, что она имела в виду, но ему было не до того – он все целовал и целовал ее. – Мне надо остановиться, – пробормотал он между поцелуями. – Если я этого не сделаю, твой халат окажется на полу, а я – на тебе. В ответ на это Лейси резко отстранилась от него. – Я просто хочу внести ясность, – сказала она, с улыбкой глядя сверху вниз на изумленного Диллона. Поняв, что она собирается сделать, он едва не зарыдал от собственного бессилия, но было уже поздно. В следующую секунду халат, пролетев по воздуху, упал на ковер, а Лейси сидела на Диллоне верхом совершенно обнаженная и смотрела на него испуганными глазами, в которых, однако, ясно читался вызов – вызов и отчаянная решимость. Как ни странно, это его успокоило. Руки его потянулись к ней, но он все же остановил себя на какой то краткий миг. – Чего ты хочешь? – спросил он. – Я хочу заняться с тобой любовью – разумеется, при условии, что ты сделаешь для меня исключение из своего правила. – Я сделал для тебя исключение еще тогда, когда зашвырнул тебя в кусты в Хоганз Эллей. Если ты так уверена, что хочешь именно этого, то почему у тебя такой испуганный вид? – Никакой он не испуганный. Просто освещение такое. – Понятно, – сказал Сэвич, которому очень хотелось верить, что это в самом деле так. У Лейси была замечательная грудь – высокая, очаровательной формы. Он испытывал страстное желание прикоснуться к ней руками, осыпать ее поцелуями. Сэвичу казалось, что еще никогда в жизни ему ничего так не хотелось. Потом он вспомнил, что в свое время больше всего на свете ему хотелось стать агентом ФБР, и это несколько охладило его пыл. Глава 24 Что за чушь ему лезет в голову? В его жизни не было ничего важнее этой женщины – так, во всяком случае, ему казалось. |
