Непонимание возникло и меж самой четой. Стремясь предотвратить назревающий разрыв, королева не знала, что и делать, и проводила ночи в молитвах и слезах. И небо, казалось, услышало ее.

Как-то король возвращался с охоты. Было поздно, и в ночи разыгралась непогода. Стая волков напала на след Тибурсия, и охотник сам оказался дичью. Конь, чуя хищников, летел по тропинкам, рискуя жизнью своей и всадника. Волки неслись по пятам. В какой-то момент они окружили Тибурсия. Он натянул лук, но внезапно из лесной чащи раздался крик совы. Звери отступили, и всадник вновь погнал коня. Так повторялось несколько раз. Сова спасала короля. Наконец он вырвался из леса. Волки злобно завыли, а охотник, не целясь, выстрелил в гущу кустов и, облегченно вздохнув, направился в замок.

Утром в ворота постучалась маленькая босоногая девочка в бедном платьице, украшенном листьями. В руках она держала королевскую стрелу. Ребенок не знал ни своего имени, ни родителей. Антония увидела в этом перст Божий, а кроме того — дитя было так прелестно, что сразу пленило сердце королевы. Разбудив короля, она поделилась своими восторгами и просила удочерить ребенка. Тибурсий немедленно согласился.

Радостно отпраздновали крещение, лишь госпожа Кастелянша была не в духе. Почему-то она вспомнила пожар в урочище Серых Скал. По ее словам, перед несчастьем в твердыню Темных Фей также пришел из леса ребенок со стрелой в руках, а следом во дворец ударила молния и подожгла даже камни…

На следующий день после того, как девочке дали имя Ильва, она исчезла, и никто не мог разыскать ее следа, хотя двери в комнату, где она спала, были заперты.

Последнего удара судьбы королевская чета не выдержала. Антония отправилась к своей родне в дальнюю страну, а король занялся подготовкой к войне, которой ему угрожали соседи. Теперь никто не мешал госпоже Кастелянше властвовать в замке. Толпы придворных ожидали ее приема, льстецы рассыпались на кусочки, чтобы быть ею замеченными, просители не знали, как вызвать ее благосклонность. Фавориты страдали от ее капризного характера. Как ни старались они угодить, она стремительно разочаровывалась и всю свою желчь выплескивала на обожателей. То же отношение встречали и гости замка. Особенно раздражали госпожу Кастеляншу юные дамы. Бешеная ревность овладевала ею. Конечно же, этому давались пристойные объяснения — она стояла на страже интересов отсутствующей королевы или спокойствия короля, занятого важнейшими государственными делами… Но ни для кого не было секретом, что Кастелянша ненавидела Антонию, как никого другого, а король постоянно стоял на ее пути к власти.

Много раз Тибурсий пытался прогнать Кастеляншу, но это оказывалось невозможным. Она исчезала, но затем, прячась от королевского взора, возвращалась и снова наводила свои порядки в замке. Челядь боялась ее и не решалась перечить, а король становился жертвой диких сцен. Крики, рыдания, угрозы покончить с собой, униженные мольбы о прощении — все шло в ход, чтобы примирить Тибурсия с ее присутствием.

Меж тем их интересы и взгляды были несовместимы. Тибурсий служил чуду и радости, как бы ни испытывала его судьба. Его воображение, пылкое как у ребенка, выстраивало прохладные сады в самой засушливой пустыне. Иное дело— госпожа Кастелянша. Она всегда выискивала темные стороны жизни, была недовольна тем, что получала, и, как другие испытывали прилив сил от радости, она черпала вдохновение в обидах, боли и ярости. В ее присутствии исчезало очарование замка, он переставал быть волшебным и старинным, обыденность поглощала его. Тайны превращались в разбалтываемые секреты, поэзия— в сплетни, любовь— в разврат.

Тибурсий, невольно отстраненный от дел, впал в уныние, а госпожа Кастелянша навлекала на замок все новые и новые беды. Разлука с королевой делалась все невыносимей.