— По всему видно, вы не любите летать, — пробормотал он, освобождая от ремня свой обширный живот.

— Не очень-то, — горестно подтвердила она. — Пытаюсь избегать этого, насколько возможно.

— Надеюсь, вы пошли на столь рискованный шаг ради благого дела? — Его светло-карие глаза тепло улыбнулись ей.

У него была плешь на голове в окружении венчика седых волос, точно тонзура, хотя Рейчел была уверена, что в этом виновата природа, а не религия. Его лицо и руки загорели до глубокого красно-коричневого цвета, и только морщины вокруг добрых глаз, улыбающегося рта и складки под подбородком были на тон светлее. На вид ему можно было дать от тридцати до шестидесяти. Рейчел сказала бы, что где-то посередине, лет сорок пять. На островах он, должно быть, жил уже давно.

— Самого что ни на есть. — Она слабо улыбнулась. — Я собираюсь повидать брата.

На пухлом лице священника появилось выражение вежливого интереса. Салон уже наполовину опустел. В задней части остались только они вдвоем.

— Как хорошо для вас обоих, — улыбнулся он, наклоняясь к ней через пустое кресло. — И давно вы не виделись с братом?

— Пятнадцать лет. — Увидев, как он замер, она поспешила объяснить: — Но не по нашей вине. Просто… были семейные проблемы. Но теперь все наладилось, — прибавила она больше для себя, чем для священника, проявлявшего интерес из чистой вежливости.

— Не хочу надоедать вам расспросами, мисс…

— Чандлер. Рейчел Чандлер.

— Рейчел Чандлер, — с удивлением повторил он. — А мы думали, приедете вы или нет.

— Вы думали? — Она безотчетно расстегнула ремень и пересела в его ряд.

— Но вы же сестра Эммета Чандлера, не так ни? Давно ходили слухи, что рано или поздно вы приедете. Но я не знал, что вас ожидают.

Теперь настала очередь Рейчел удивляться.

— Откуда вы знаете? Вы знаете моего брата?

— Мы пока не встречались, но когда-нибудь обязательно встретимся. Кауай — во многих отношениях остров очень маленький, и слухи распространяются быстро. Когда приехал ваш дядя в поисках наследника многомиллионного состояния, это наделало тут шуму. А потом объявился и Эммет. Вот так история! Все газеты писали о нем и его семье, включая младшую сестру. Ах, простите, я отец Фрэнк Мерфи. Я на острове уже четыре года, и появление вашего брата тут все восприняли как чудо.

— Представляю.

— Последние недели я собирался навестить его, но так и не выбрался на ту сторону острова. Может быть, вы скажете ему, что я приеду?

— Вы знаете, где он живет?

— Догадываюсь. В том, что осталось от старого поместья Чандлеров, верно? В восточной части острова. Вы что, никогда там не бывали, мисс Чандлер?

— Рейчел, — механически поправила она. — Нет, не была. Я первый раз на Гавайях. Сюда ведь добираются самолетом. — Она виновато улыбнулась. — Раньше у меня не было причин совершать такие подвиги. А вы не могли бы поточнее рассказать, где он живет? Я надеялась, что таксист будет знать, а теперь я что-то не уверена. Я могла бы спросить у дяди Харриса, но я лучше потом с ним встречусь. — Она замолчала, поняв, что рассказывает этому священнику такое, чего не сказала бы своим лучшим друзьям, но затем отбросила сомнения. Священники — лучшие конфиденты, их этому учат. А его интерес и сочувствие — это как раз то, что ей сейчас необходимо.

— Так он не знает, что вы приезжаете?

— Никто из них не знает. Я хотела их удивить. Вот только я не знаю, как добраться до дома Эммета.

— Вот так сюрприз их ожидает! — воскликнул отец Фрэнк, и губы его дрогнули в улыбке. — Не беспокойтесь, я отвезу вас к дому вашего брата.