Джесс наморщила лоб. Она никогда не встречалась с Иден, но достаточно слышала о ней, чтобы понять, что та из себя представляла – избалованная сука на содержании какого-то богатого мафиози, да к тому же еще и чертовски честолюбивая. Стоит Ленни провести в ее обществе всего несколько дней, как у него откроются глаза, и он поймет, с кем связался. Ведь так?

Пустые рассуждения.

Он у нее на крючке.

И единственный способ освободиться – сделать это самому.

До боли закусив губу, Иден рассматривала обложку «Пипл». Сукин сын! Эта сволочь все-таки добился своего.

Кто бы мог представить, что Ленни Голден когда-нибудь удостоится чести красоваться на обложке «Пипл»? Ну уж только не она. На ее взгляд, Ленни обладал весьма хиленьким талантом. Да, конечно, в постели он бог. Но за хороший секс не фотографируют на обложку.

Она прищурила свои топазовые глаза и злобно посмотрела на картинку. Ухмыляется. Над ней? Как бы говоря: «Послушай, детка, я всегда знал, что у меня получится. Ну а как твои делишки?»

А как ее делишки? Не блеск. Отнюдь не блеск.

Она жила в купленном Сантино Боннатти для нее доме практически на положении заключенной. Он по существу запер ее вместе с телохранителем-шофером, которому вменялось в обязанности выполнять любое ее пожелание. Так объявил Сантино, когда навязал ей этого гунна, причем с таким видом, будто делал ей величайшее одолжение.

– А вот Зеко. Он присмотрит за тобой и еще будет возить тебя в машине. Он выполнит любое твое желание. О'кей, киска?

Что она могла ответить? Нет? В ее положении оставалось либо смириться со всеми требованиями Сантино, либо полностью порвать с ним. А она не такая дура, чтобы уходить от него раньше времени. Сантино – ключ к ее будущему, и, хотя время тянулось медленно, Иден знала, что ее час настанет – рано или поздно.

А сейчас, наконец, появился приличный сценарий, интересный режиссер и известный продюсер – Райдер Вилер. Фильм назывался «Жизнь проститутки», и Иден отводилась в нем заглавная роль. Сантино оплачивал большую часть стоимости съемок, а также выступал в роли исполнительного директора.

Иден торжествовала. Как долго она ждала!

Зеко вошел не постучавшись и уставился на нее. Один глаз у него был настоящий, другой – стеклянный. Это придавало ему несколько сумасшедший вид. К тому же гигантский рост и голова, лысая как коленка. Иден не сомневалась, что он подсматривает, когда она принимает ванну в своей роскошной мраморной ванной комнате с одной стеклянной стеной, увитой снаружи густым плющем. Она представляла, как он, крадучись, продирается сквозь колючие кактусы, чтобы украдкой бросить вороватый взгляд. Иден не задергивала занавески, испытывая даже какое-то извращенное удовольствие. Пусть смотрит, раз его это заводит. Иногда она раздвигала ноги и гладила свой золотистый лобок – устраивала настоящее шоу.

– Да? – высокомерно спросила она.

– Я поехал за мистером Боннатти.

– Валяй, – небрежно бросила Иден.

Уже миновал полдень, а она еще не одета. На ней была только шелковая пижама и домашние туфли на высоком каблуке. Сантино всегда навещал ее после воскресного семейного обеда, событие, которое почему-то действовало на него исключительно возбуждающе. Как ни странно, ей начали доставлять удовольствие знаки его внимания. Он был тем, чем не был любой другой мужчина в ее жизни. Сантино держался так, как будто может получить все, что захочет, и тем самым в какой-то степени компенсировал недостаток физической привлекательности.