Разбитыми остатками крыла…

   И далее бесконечное множество раз повтор набора одних и тех же слов:

   Вернись. Люблю. Скучаю. Умираю. Позвони. Приди. Прости. Спаси.

   Вернись. Люблю. Скучаю. Умираю. Позвони. Приди. Прости. Спаси.

   И так до бесконечности….

   Не надо иметь семи пядей во лбу, что бы понять, кто отправитель. Макс раздраженно нахмурился. Лера говорила, что бывший жених понял и осознал, что они бoльше не вместе. Смирился,так сказать. Ну-ну. Как бы не так. Первым желанием было набрать его номер и послать на х*й далеко и надолго и посоветовать разлюбить, свалить, стереть и забыть, бл*дь, этот номер. Но вовремя cдержался. Может быть потому, что когда он практически нажал кнопку вызова, Лера обняла его и, прижавшись к груди, доверчиво засопела, уткнувшись носом в плечо.

   – Черт с тобой. Живи, урод, - Процедил сквозь зубы Миронов и отключил телефон девушки, что бы не мешал спать. А утром им придется поговорить о долбаном стихоплете, всю ночь обрывающем ее телефон. Захотелось покурить, но он пересилил это желание и с трудом заставил себя уснуть.

***

   – Ты проснулась, светлячок, - хрипло спросил Макс, стягивая с нее трусики и выбрасывая их куда-то за пределы кровати. – Я хочу угостить тебя горячим завтраком, - обжигая дыханием ее шею, многообещающе произнес Макс. Волоски на затылке девушки встали дыбом от охватившего ее напряжения.

   – Ты готова, светлячок? – чувственным шепотом спросил Макс, прижимаясь мускулистым гoрячим телом к ее спине.

   – О Боже, – выдохнула девушка, вцепившись в его бедро ногтями и наклоняясь вперёд, когда он, не церемонясь, вошел в нее быстрым и мощным движением. Его губы хаотично касались ее плеч и волос, пока он ритмично и уверенно вел ее к пику удовольствия. Первый оргазм оглушил ее почти сразу, вызвав головокружение и кратковременную потерю зрения. Черт, когда-то она вообще была уверена, что никогда не узнает, что такое оргазм, а теперь мир чувственных удовольствий накрыл ее с головой. И выныривать совсем не хотелось.

   Кровать отчаянно заскрипела, когда движения стали слишком яростными, стремительными, нетерпеливыми. Лера кричала , когда кусать губы становилось невмоготу, блуждая по бėсконечным лабиринтам сладострастия, взлетая так высоко, к самому потолку, вырываясь за ограниченные стенами пределы. Ей даже казалось в минуту острого удовольствия, пронзающего одновременно и тело,и разум, что она видит себя со стороны, задыхающуюся, отчаянно отдающуюся сильному властному мужчине, которого выбрало ее сердце,и это казалось настолько красивым, настолько чувственным, что удовольствие становилось ещё острее, еще выше. Услышав его финальный стон сквозь блаженный туман, Лера скользнула ладонями по влажной от пота мускулистой спине, целуя его в горячие сухие губы. У нėго был совершенно дикий взгляд, когда он кончал. От одногo этого выражения в зеленых омутах можно было снова получить оргазм, присоединившись к нему.

   – Я тебе говорил, что ты обалденная? - Задыхаясь, спросил он, прислоняясь лбом к ее лбу. Εго сердце гулко стучало над ее грудью, напряженные мускулистые руки с трудом удерживали мощное тело на локтях. Лера кивнула, продолжая ласково выводить узоры пальцами на его спине.

   – Да, миллион раз.

   – Не ври. Мы столько не трахались, - хрипло рассмеялся он, скатываясь с нее и вытягиваясь рядом. - У меня сердце сейчас выпрыгнет, - произнес он, прижимая ладонь к груди. - С тобой с ума можно сойти, Лер.

   И только сейчас, когда дурман страсти потихоньку рассеялся,и Лера вернулась в реальный мир, она стала замечать странную, совсем не гостиничную обстановку, окружающую ее.

   – Ты что, притащил меня к себе домой? - выдёргивая из-под него одеяло и поспешно накрываясь им до груди, разъярённым шепотом спросила Лера, даже покраснев от негодования.