|
Лошадей своих они стреножили, оставив их на другом конце узкого длинного леса, ведь лишние звуки не скрыли бы даже деревья. Путь был не близкий, и двигались они очень медленно. Остановились у кромки деревьев, где Сира помогла Беке взобраться на ближайший дуб. Вскарабкавшись повыше, она пересчитала вражеские костры, похожие на яркие цветы в бескрайнем море тумана на расстилавшемся перед нею пространстве. Их было более полусотни. Позади лагеря, к тому же, поднимались дымки с пепелищ от несколких несчастных крестьянских домов и амабров, а ещё дальше находился очень важный брод, который Фория приказала своей сводной сестре захватить любой ценой. Теплый ночной ветерок доносил сюда журчание бегущей воды.
- Сколько, Капитан? — прошептала по-ауренфейски Сира, едва Бека спустилась обратно. Ещё в Ауреннене Ниал обучил языку и Беку и членов Турмы Ургажи, так что они теперь пользовались им во время вылазок, если имелся риск быть подслушанными врагами.
- Сотни три. Может, больше, — нахмурившись, ответила Бека.
У принцессы Клиа народу было втрое меньше. Конная Гвардия Королевы понесла тяжелые потери наравне с остальными полками. Боевое перемирие, предложенное пару месяцев тому назад пленимарским Владыкой, королева отвергла, что вызвало разочарование у многих, находившхся на поле брани. Так что, несмотря на все недавние успехи в боях, процветало дезертирство.
- Взглянем поближе? — шепнула Сира.
Бека усмехнулась:
- Думаешь?
Держась, покуда было возможно, деревьев, они миновали несколько часовых постов, вырисовывавшихся силуэтами на фоне зажжённых костров. Вскоре, однако, лес круто взял в сторону, уводя их от лагеря, так что не оставалось ничего иного, как выбраться на открытую местность. Холмистая луговина буквально кишела пленимарцами. С такой близи Бека сумела расслышать звуки отправленного в ночное табуна, характерные запахи которого принесло теплым ночным ветерком. Выходит, по крайней мере часть пленимарского войска была кавалерией.
Бека зашептала в самое ухо Сиры:
- Давай, пересчитываем и встречаемся снова под тем дубом.
Сира быстро отсалютовала и исчезла в тумане без единого звука.
Бека прокралась вплотную к лагерю, к самому большому из шатров, а затем — ползком, — к краю круга, отбрасываемого ярким пламенем дозорного костра. Подходить ближе было опасно — тут было слишком много охраны. И всё же, ей хорошо были видны два шеста со штандартами — одним кавалерийским и одним пехотинским — установленных возле входа в шатёр. Она вознесла тихие молитвы Сакору за то, что здесь не оказалось также и этих кошмарных морских гвардейцев. Ей не раз доводилось участвовать в стычках с ними и, надо признать, это всегда была жестокая рубка. К тому же они имели скверную привычку пытать своих пленных, например, прибивая их руки гвоздями к доске, положенной под плечи. Ну а то, как они обходились с пленными женщинами-военными было… ещё хуже.
Конечно, не все пленимарские гвардейцы были такими. Ей доводилось пару раз скрестить мечи и с весьма благородными офицерами, и их солдаты были не лучше и не хуже скаланских. Главной целью каждого была победа.
Она выждала немного, надеясь, что появится кто-нибудь из командования, но всё было тихо. Лагерь спал. Наконец, отказавшись от этой затеи, она осторожно выбралась обратно.
Сира уже дожидалась её.
- Думала, мы с тобой разминулись, — прошептала лазутчица.
- Что ты узнала?
- Как минимум два конных отряда.
- Проклятье!
- Вот и я о том же, капитан.
За пару часов до рассвета они вернулись обратно к скаланским рубежам. Сира свистнула, чтобы предупредить патрули, и произнесла пароль, когда они подошли к ним ближе.
- Ну, как всё прошло, Капитан? — поинтересовался капрал Никидес.
Бека покачала головой:
- Похоже, неважные наши дела. |