Против северян достаточно и Кулябы. Он должен снять осаду с Чернигова и окружить войско северян. Пусть Радомысл проведет переговоры о сдаче в полон. Дядя одобрил идею. Ходоту я предложил забрать арту и всех легионеров для взятия древлян. А через три дня вернуться в Киев и отправится всем, кроме легионеров и наемников-ободритов к северянам для присоединения их к царству. На том и порешили. Дядя и Куляба во главе царской конницы направились высвобождать Судимира. Ходот на следующий день пошел громить Изкоростень — столицу древлян. С собой он взял Луку и Ивара с войском радимичей.

Я же остался в Киеве вместе с Аршаком, Эсой, Василько и Годславом.

На следующий день мне сообщили еще одну плохую новость. Рогволд и Мезислав сбежали. В темнице детинца, куда заключили пленников, был тайный проход, по которому эти паршивцы и сбежали. С одной стороны — действительно глупо то, что мы не подумали о знании Мезиславом и Рогволдом путей отхода. С другой же стороны — кто бы мог подумать, что они не воспользовались этим отходом до захвата в плен. Но ничего, чем дольше ожидание мести, тем она слаще. Я в каком-то смысле даже рад, что сбежали. Пустота от потери Сокола вернулась, после захвата этих пленных. А сейчас эту пустоту снова заняло хладнокровное чувство мести.

Эса больше всех сокрушалась. Она даже не успела их допросить. Казну ведь не смогли найти. Аршак сказал, что захват Киева нам едва вышел в плюс. На мое удивленное лицо он ответил, что примерная стоимость трофеев едва окупит найм ободритов. Вот ведь торгашья душонка. Все деньгами измерил.

Годслав, кстати возмущался тем фактом, что его людей не отправили на северян или древлян. Мое льстивое замечание касательно того, что если бы не он и артиллерия, то Чернигов и Киев было бы тяжело захватить, его порадовало. Мужик прямо расцвел. Что же, буду иметь в виду, что лесть — слабое место Годслава.

Аршак сообщил о беспорядках в городе. Годслав услышал его и обещал исправить это, недовольно косясь на двух своих молчаливых собратьев-ободритов. Эсе я сообщил о том, что она станет киевской княжной. Ее эта новость впечатлила так, что она поперхнулась. Я тоже молодец, мы как раз завтракали, а она в этот момент пила морс. Ага, сверкая щербатой улыбкой, слегка постучал по спине сестры.

— Я только не знаю, как принимать от тебя вассальную клятву. Ты же уже ее давала, — усмехнулся я.

— Она давала личную клятву, а при получении княжества, даст клятву, как княгиня Киевская, — разрешил мое затруднение Аршак.

— Аршак, из ближников остался ты без княжества, — заметил я.

— Царь, — Аршак аж привстал, — не надо мне давать уделы, — испуганно проблеял Алладин.

— Что так-то?

— Ты доверил мне такое количество денег в распоряжение, что я подумываю взять к себе какого-нибудь сотника с сотней писарей, чтобы хотя бы что-то успеть рассчитать и по сосудам разложить. А княжество мне зачем? Только головная боль и лишние траты времени, сил и, главное, — Джуниор выкатил и без того огромные глаза, — денег.

Хохот собравшихся заставил моего казначея удивленно оглядываться в поисках источника, вызвавшего смех, что еще больше подлило масла в наше веселье.

Отсмеявшись я попросил Аршака найти мне кузнеца в городе. А заодно выделить полпуда золотых вещей из трофеев, это примерно восемь килограмм. Нужно будет отлить медали для моих солдат. На аверсе, в центре будут изображены скрещивающиеся топоры. Сверху будет надпись «Медаль Сокола», а снизу — «Царство Гардарики». На реверсе — герб царства. Медаль будет с небольшим ушком под кожаную веревку, чтобы можно было ее носить на шее. Заморачиваться с булавками, либо иными сложностями для крепления, я не захотел.