Один из них вышел вперед. Он отличался от товарищей. Его внешний вид олицетворял властность. Передо мной стоял высокий мужчина с гордой осанкой. Он носил бороду, его лицо было с умным и решительным выражением. Его обмундирование было практичным, сочетая в себе элементы восточного стиля с элементами военной экипировки. Острый взгляд остановился на мне.

— Я готов повторить вопрос. Чего тебе надо? — произнес воин.

О как! Я же говорю, умный человек. Про рогатое животное не упомянул. Не удивлюсь, если осадой именно он руководит. Но это не дальновидно с его стороны идти ко мне с такой жалкой охраной. Я с Агой в два счета раскидаем их. Наверное.

— Для начала, — я хмыкнул, — было бы вежливо представится. Я — Ларс, царь Гардарики.

— Я — Саладин, временный воевода Корсуни.

— Куда же делся предыдущий?

— Сейчас это не имеет значения, — с заминкой ответил воевода.

— Я предлагаю избежать лишних потерь на обеих сторонах, — кивнул я.

— Мы не собираемся сдаваться. Мы имеем достаточно продовольствия и воды, чтобы выдержать осаду. Если ты хочешь нас заставить сдаться, то переговоры можно считать оконченными, — твердо заявил Саладин.

— Лучше сдаться сейчас, — мягко сказал я, — на приемлемых условиях, — выделил я последнее, — чем погибнуть в бесполезной битве.

— Не надо угрожать, мы не станем легкой добычей. Лучше отведи свои войска и уйди, пока не поздно.

— Какой-то разговор глухого со слепым, — проворчал я.

— Ты хотел переговоров, а не мы, — справедливо заметил воевода, пожимая плечами.

— Мои предложения, — устало произнес я, — город покидают все, кто не хочет жить в моем царстве. Я разрешу жителям унести свои пожитки.

— Вряд ли это будет интересно нам.

— В противном случае, я рано или поздно захвачу город. Византия свои войска убрала. Каганат пал. Полуостров захвачен. Я не понимаю, чего вы хотите добиться?

— Освобождение от налогов. Право беспошлинной торговли. Свободный выбор князя жителями Корсуни.

— Даже так, — протянул я.

Я оглянулся на дядю с дедом. Они тоже выглядели удивленными.

— Это желание жителей города, — со вздохом добавил Саладин.

— И кто будет представлять их интересы?

— Совет старейшин Корсуни.

Разговор перетек в деловое русло. Мы обговорили организационные моменты и пришли к выводу о том, что необходимо провести переговоры с новоявленным Советом. Договорились завтра поутру на этом же месте собраться и решить спорные моменты. Для меня было удивительным такое стечение обстоятельств. Мы уже готовы были перейти к грязному способу ведения войны, к биологическому оружию. Видимо, жители хотели показать зубы, чтобы выторговать более комфортные условия дальнейшего существования. Глупо, на мой взгляд.

Договорившись встретиться завтра, мы распрощались и я сел в седло.

— Кстати, — обернулся я к уходившим корсуньцам, — а что там про «козла» кричали со стен? — не упустил я «шпильку».

— А это же не оскорбление, — не растерялся Саладин, — многие из нас выходцы из Византии. И не всегда мы воспринимаем такое именование за поругание.

Видя мое непонимание, корсуньский воевода, разъяснил свою мысль и рассказал интересную историю.

Несколько веков назад, византийцы осадили Тифлис, в те времена её называли Шурис-Цихе — «Завидная крепость» — неприступная.