Колесо замедлило вращение и остановилось. Пол опять выиграл, всего несколько долларов. Он вычеркнул последний номер и вырвал листок из блокнота.

Пока колесо рулетки крутилось, на этот раз без его ставок, Пол подсчитал выигрыш. Так и есть, последний проход по системе принес ему ровно тридцать долларов прибыли. Потом он пересчитал фишки. Перед ним лежала стопка на сто сорок долларов.

Пол отвлекся ненадолго, чтобы закурить сигарету и немного оглядеться вокруг. С удивлением заметил, что уже больше двух часов ночи. Толпа народу в казино немного поредела, но в зале все еще оставалось немало любителей игры.

Пол вертел в руках свои фишки. Он взглянул на чистый лист блокнота, потом перевел взгляд на колесо, которое вот-вот должно было остановиться.

Крупье собрал фишки со стола и заплатил одному игроку. За столом вместе с Полом сидели еще трое.

— Делайте ваши ставки, леди и джентльмены, — пригласил крупье.

В усталом мозгу Пола вдруг всплыла шутка, которую он не так давно случайно услышал. Один из игроков рассказывал другому: «Системы? Сейчас я тебе все про эти системы расскажу. Тут был как-то один парень, играл по-крупному. Так вот, он однажды притащил шлюху к рулетке. Дал девке фишку на двадцать пять долларов и велел поставить на ту клетку, в которой написано, сколько ей лет. Она поставила на двадцать четыре. Выпало двадцать пять. А девка шлепнулась в обморок. Ей, оказывается, было как раз двадцать пять. Так что вот тебе самая лучшая система: ставь на свой возраст».

Пол на секунду задумался, вспоминая, сколько ему лет. Тридцать. Он едва успел поставить все свои фишки на номер тридцать, как крупье запустил колесо.

Если он выиграет на этот раз, то вернет все, что проиграл раньше, и даже останется с прибылью. Но победит он или потеряет, подумал Пол, все равно он слишком в большом долгу перед Дебби.

Колесо жужжало. В тот момент, когда вращение замедлилось, звякнул шарик. Колесо крутилось все медленнее и медленнее. Шарик покачался возле тридцатой ячейки, потом все-таки перескочил на тридцать первую. Лопатка крупье метнулась к стопке Пола и сгребла ее.

Отчаяние тисками сдавило голову Пола. Он был как в тумане, и в памяти всплыла фразочка из подслушанного разговора: «Девка шлепнулась в обморок».

В какой-то момент ему показалось, что сейчас он сам потеряет сознание.

Он медленно поднялся из-за стола, словно старик, оберегающий свои хрупкие кости. Едва передвигая ноги, побрел к фойе. Здесь располагались кассы, здесь можно было обменять деньги на фишки, и здесь еще работали два дежурных кассира.

Пол замедлил шаги, похлопал себя по карманам и нащупал чековую книжку. Сегодня днем он уже выписал чек на двести долларов. Значит, на его банковском счете в Канзас-Сити ничего не осталось. Чек, который он выпишет сейчас, будет недействительным.

Но сегодня суббота, вернее, утро воскресенья. В понедельник — День труда. Банки будут закрыты до вторника, следовательно, до того времени никто не сможет проверить его счет. А ему-то и нужно совсем немного — всего одна улыбка фортуны, один выигрыш. Он все отыграет, и у него еще будет время слетать домой и внести деньги на счет.

Пол вытащил чековую книжку и подошел к окошечку кассы.

Тони Ринальди стоял в своей ванной комнате, отделанной белым кафелем и сверкающей хромированными трубами, и разглядывал себя в зеркале. Похоже, он набрал лишнего веса. Лицо какое-то одутловатое.

Он установил правую створку зеркала точно под углом в сорок пять градусов. Может, это только кажется? Похоже, освещение не слишком удачное. Он принялся изучать свой профиль. Ну точь-в-точь Валентине… если бы Валентине носил усики.

Хорош, ничего не скажешь.