Доброту Эйба Пантера Гарри не забудет никогда.

Люс пробыла в доме Эйба два часа. Гарри терпеливо ждал на улице у ажурных ворот. Когда она проезжала мимо его припаркованной машины, ему удалось мельком увидеть ее.

Люс выглядела совсем иначе, хотя он точно знал, что это она. Никакого парика. Никаких очков. Волосы теперь были жгуче черными и блестящими.

Это все, что ему удалось разглядеть.

Он снова проводил ее до дома на Дохени-драйв. И теперь ждал. Терпеливо. Потому что Гарри Браунинг человек терпеливый, понявший, что ему удалось напасть на какой-то след.

Вопрос только в одном – какой?

Домой Венеру Марию отвез Купер Тернер. Всю дорогу они смеялись.

Венера Мария. Ты обратил внимание на лицо Абби, когда Эндрю прокричал это слово на «б»?

Купер. А помнишь Иду всю в вине?

Венера Мария. Мне показалось, она сейчас кончит!

Купер. Впервые за двадцать лет!

Венера Мария. Тридцать!

Купер. Сорок!

Венера Мария. Пятьдесят!

Купер. Сто!

Венера Мария. А Зеппо, когда Абби опрокинула на него это дерьмо в тележке с рыбой?

Купер. Он стал красным как рак.

Венера Мария. Пурпурным!

Купер. Оранжевым!

Они так разошлись, что ему пришлось остановить свой черный «мерседес» у обочины.

Они находились одни в машине. Никаких сопровождающих, никаких киношников, никаких знакомых и газетчиков.

Его тянуло к ней, хотя он инстинктивно чувствовал, что получит отказ.

Перегнувшись через сиденье, Купер поцеловал ее, и на какое-то мгновение Венера Мария ответила на поцелуй. Мягкие, влажные губы, остренький язычок, проникший к нему в рот на секунду, а потом ничего – внезапно она сообразила, что делает.

– Купер! – обиженно воскликнула она, сердясь на него за то, что почти приготовилась получить удовольствие.

– Ну что я могу поделать? – спросил он, чувствуя, что начинает возбуждаться, несмотря на отказ.

– Мы же друзья, забыл? – напомнила она ему.

– Все думают, что мы спим.

– Мартин так не думает.

Ну да, Мартин. Это же надо, и он сам познакомил ее с Мартином Свенсоном.

26

В среду позвонила Олив и сообщила:

– Работа за вами.

– Фантастика! – воскликнула Лаки. – Он разрешил вам уехать?

– Именно, – подтвердила Олив радостно. – Приходите ко мне в офис после обеда, и я представлю вас мистеру Столли. После этого расскажу вам о его распорядке дня. Он очень требователен.

– Что вы ему обо мне сказали?

– Что вы умеете держать язык за зубами, вам можно доверять и что вы хороший работник. Он сказал, что верит мне на слово, так что не подведите меня, Люс.

– Не подведу, Олив.

– Вы уверены, что мистер Стоун не будет возражать? – забеспокоилась Олив, не желая попасть впросак.

– Абсолютно. Он с завтрашнего дня уходит в отпуск, – уверила ее Лаки.

– Превосходно. Вы завтра побудете со мной в течение дня и приступите к работе в пятницу.

– Меня это вполне устраивает.

Так оно и было. Находясь в офисе Микки, она сможет узнать все, что вообще стоит узнать.

– Герман, вам пора собираться, – заявила Лаки, положив трубку. – Я только что получила повышение.

На Германа ее сообщение произвело впечатление. Он также вздохнул с облегчением. Теперь ему никто не будет мешать играть в гольф и на время он сможет забыть о знаменитой студии «Пантер».