Ей необходимо было доказать, что страхи мужа напрасны, иначе Розамунда проведет всю жизнь с оглядкой. И она начала подниматься.

– Милорд.

Остановившись у повозки, где работал Смизи, Эрик кивнул ему в ответ.

– Моя жена…

– В конюшне, милорд, – ответил главный конюх, показав рукой в сторону двери за его спиной. – Осматривает Шарлотту. Брови Эрика взмыли вверх.

– Шарлотту?

– Кобылу, милорд. Вообще-то раньше ее звали Белой, но…

– Но моя жена требует, чтобы каждому животному дали надлежащее имя, – перебил его Эрик. Смизи улыбнулся и кивнул:

– Да, это так, милорд.

Покачав головой, Эрик повернулся и вошел в конюшню, отыскивая взглядом жену. Дойдя до стойла Блэка и не найдя ее, Эрик нахмурился.

– Смизи! – позвал он.

– О, добрый день, муж.

Быстро обернувшись, Эрик осмотрелся, потом поднял глаза к потолку, и взгляд его смягчился, когда он увидел жену, стоявшую на середине лестницы. Подойдя к основанию лестницы, он взглянул вверх, и глаза его расширились, когда он обнаружил, что смотрит прямо Розамунде под юбку.

– Какого дьявола ты там делаешь? Немедленно слезай!

– Милорд? – донесся до него голос прибежавшего Смизи.

– Все нормально, иди отсюда, – приказал Эрик. – И закрой эту чертову дверь. Никого не пускай, пока я не скажу. Мне нужно переговорить с женой.

– Да, милорд.

Двери бесшумно закрылись, и в конюшне стало тихо.

– Что-нибудь не так, милорд? – обеспокоенно спросила Розамунда.

Смерив Розамунду взглядом, он нахмурился:

– Мне все видно под твоей юбкой.

Он собирался приказать ей спуститься, но его слова уже подействовали. Вспыхнув ярким румянцем, она немедленно начала спускаться.

Внезапно она замерла, почувствовав, как его руки скользнули вверх по ее ногам. Вцепившись пальцами в перила, Розамунда посмотрела вниз и заморгала, вспыхнув: ее юбка накрыла мужа с головой. Или же он сам засунул туда голову? Как бы то ни было, сейчас он стоял внизу, а его лицо было где-то у ее щиколоток, судя по его дыханию. О да, ее предположение оказалось верным, потому что в этот момент он лизнул кожу на лодыжке. Она ахнула, пальцы ее побелели, и Розамунда прислонилась головой к перилам, закрыв глаза. Господи, он всего лишь лизал ее лодыжки, а ее охватил такой трепет, что ноги совсем ослабли. Розамунда даже засомневалась, сумеет ли она устоять на них.

– М…муж? – спросила она дрожащим голосом.

– Я сказал, спускайся, – хрипло напомнил ей Эрик. Голос его звучал глухо из-под ее юбки.

Глубоко вздохнув, Розамунда заставила себя открыть глаза, сделать один осторожный шаг вниз, и все внутри у нее вздрогнуло и затрепетало, когда его руки и губы медленно заскользили вверх по ее ногам. Когда она снова остановилась, его губы припаяй к нежной коже под ее коленом, пальцы заскользили по ее бедрам, почти коснувшись ягодиц. Потом они снова спустились вниз по внутренней стороне бедер, коснувшись чувствительной кожи, и Розамунда, ахнув, крепче сжала перекладину и закрыла глаза. Ее ноги сильно дрожали, так что и он должен был почувствовать это.

– Муж?

Она ощутила прохладный воздух на коже мот, когда он приподнял юбку, чтобы вытащить голову.