– Ты хочешь сказать, что в комнате кто-то был?

– Да. Я спала, но что-то разбудило меня. И я услышала, как Блэки бросился через комнату, потом закричал и… – Она указала рукой в сторону двери. – Около кровати кто-то был, и Блэки набросился на него. Я подумала, что это вы.

– Почему вы подумали, что это Эрик? Этот человек был похож на него? – с любопытством спросил лорд Берхарт.

Розамунда, пытавшаяся просунуть руки в рукава платья, остановилась и удивленно заморгала.

– Ну… Я не знаю. Было очень темно. Я просто так решила. – Она растерянно пожала плечами. – Кому еще быть в наших покоях?

– Уместнее было бы спросить, что он делал здесь? – сказал Роберт, многозначительно взглянув на Эрика.

– Вы видели кого-нибудь в коридоре, когда бежали сюда? – спросил епископ Шрусбери, с любопытством оглядывая спальню. Его глаза слегка расшились, когда его взгляд остановился на Блэке, и Розамунда решила, что его, должно быть, удивило присутствие в спальне коня. Но его преосвященство откашлялся и сказал: – Ваш конь, похоже, облегчается на…

Остальные слова епископа невозможно было разобрать из-за громких ругательств Эрика и восклицания Розамунды. Но она вскрикнула, потому что увидела на груди животного рану, из которой струилась кровь.

– Он ранен! – воскликнула она, бросаясь к Блэку. – Эрик, принесите мне, пожалуйста, мою сумку. Она в комоде.

Эрик вместо этого подошел к ней и тоже внимательно осмотрел рану; она обернулась и увидела, что за сумкой пошел Роберт.

– Это ножевая рана, – мрачно заявил Эрик, когда Роберт подошел к нему.

– А вот и нож.

Оглянувшись при этих словах лорда Берхарта, Розамунда увидела, как епископ поднял окровавленный нож и стал снимать приставшие к нему ворсинки, а потом передал его Эрику. Розамунда нахмурилась при виде зловещего оружия, потом снова повернулась к Блэку. Пусть мужчины волнуются об этом, а ей нужно выхаживать Блэка.

Эрик встретился взглядом с Шамбли, когда остальные мужчины сгрудились у постели. Все они некоторое время рассматривали острый кинжал, потом повернулись и взглянули на Розамунду, хлопотавшую вокруг коня.

– Блэк спас ей жизнь, – тихо сказал Роберт, когда лорд Берхарт и Джозеф подошли ближе.

– Да, – мрачно согласился Эрик.

– Но вы ведь не думаете, чтобы кто-то вошел сюда с намерением причинить ей вред? – тревожно спросил епископ Шрусбери. – Да кому могло понадобиться нападать на леди Розамунду?

– Тому, кого опасался Генрих, – мрачно предположил лорд Берхарт, и Эрик удивленно взглянул на него.

– Ты знаешь об этом? – У него еще не было возможности рассказать отцу об опасениях короля.

– Роберт рассказал мне после того, как, прибыл посланец. Поэтому я и решил приехать сюда.

– Понятно… – нахмурился Эрик. – Это вполне может быть именно то, чего опасался Генрих. – Жаль, что он не рассказал мне подробнее… – Замолчав, он озабоченно взглянул на епископа. – Он многое говорил вам. Почему он тревожился за Розамунду? От кого, как он надеялся, я должен защитить ее в случае его смерти?

Старик растерянно покачал головой:

– Не знаю. Я не помню, чтобы он говорил об опасности.

Эрик чуть нахмурился, и его взгляд устремился к жене, перевязывавшей Блэка. Рана была неглубокой. Он увидел это, когда осматривал коня, но это его не успокоило. Для Розамунды такая рана была бы скорее всего смертельной. Он ни на секунду не сомневался, что конь спас ее жизнь.