— Европа, давайте не будем предаваться мечтам, говоря о вечной любви и верности. Вы не хуже меня знаете, что любой здравомыслящий человек, потерявший свою половину, будет искать нового спутника для семейной жизни. Многие поступают так, чтобы выжить, а зачастую просто из жадности. Мое замужество — вынужденный шаг. И я никогда бы его не сделала, если бы не желание отца укрепить свое положение. — Кэтрин презрительно тряхнула головой.

Европа оторвалась от рукоделия и улыбнулась, блики огня мягко играли на ее морщинистом лице.

— Именно поэтому вы сегодня раз двадцать выглядывали в окно? Потому что ко всем равнодушны и любовь вас ничуть не интересует?

Правда, прозвучавшая в словах старой женщины, заставила девушку смутиться и покраснеть.

— Неужели мои чувства так очевидны? — вздохнула она. — Я поклялась брату, что посвящу свою жизнь молитвам. Но, побыв здесь всего один день, я уже жду Стефана, потому что нуждаюсь в поддержке, которую может дать только он. И в то же время боюсь, что он станет моей последней надеждой. Мой брат рассказывал, что Стефан — убийца. А я всегда доверяла ему. Когда мы со Стефаном встретились впервые, я боялась за свою безопасность, но теперь уже не знаю. Он не похож на убийцу. Иной раз за его грубыми манерами скрывается нежность, не свойственная мужчинам. — Кэтрин огорченно прикрыла ладонями лицо.

Европа тихо рассмеялась и похлопала девушку по колену.

— Так-так. Скоро все станет на свои места. Гай очень добрый человек, но, к сожалению, сейчас такие тяжелые времена. Он всегда будет твоим защитником. А что касается тебя, то когда вы поженитесь, будь ему всегда верна. Вас везде подстерегает предательство.

— Как же быть, если я мечусь между двух огней? — в отчаянии спросила девушка, глядя на Европу с надеждой.

— Когда ты выйдешь замуж, то должна быть верна своему мужу, — сказала мудрая женщина.

— Если бы это было так просто! — Кэтрин взволновано мерила шагами холодный каменный пол.

Ласково обняв девушку за плечи, Европа остановила ее и твердо сказала:

— Я знаю Гая с колыбели, Кэтрин. Я кормила его своей грудью. Поверь мне, он не убийца. Ох! Время и коварство его брата принесли Стефану тяжкие испытания. Но, честное слово, когда все кончится, только он один сможет честно глядеть людям в глаза.

И Кэтрин, успокоенная такой искренней любовью и преданностью, поверила старой женщине. Все-таки Стефан оставался для нее загадкой. Девушка была вынуждена признаться, что он очень понравился ей в харчевне, и нравился до тех пор, пока обман не раскрылся.

Кто-то тихонько постучал в дверь. Звук был настолько неуловимым, что казалось, будто по полу прошмыгнула мышь.

— Войдите! — прогрохотала Европа.

Дверь отворилась, и на пороге появилась Констанция, жена Марлоу. Высокомерие, исходившее от нее, абсолютно не соответствовало тому униженному положению, которое она занимала в доме благодаря мужу. «Она считает, что я посягнула на ее права», — подумала Кэтрин.

Когда Констанция заметила кормилицу, ее глаза расширились от удивления.

— Я не ожидала увидеть вас здесь, Европа, — недовольно сказала она. — Вы, несомненно, соблюдаете интересы Стефана, но я желаю, чтобы вы покинули нас.

Чопорная дама вплыла в комнату и остановилась, с интересом поглядывая на рукоделие, оставленное обеими женщинами на стульях. Придирчиво рассматривая шитье, она произнесла:

— Я пришла поинтересоваться, не хочет ли Кэтрин помочь мне закончить вышивание гобелена? Тем более что скоро она станет членом нашей семьи. И ее дети однажды оценят нашу работу, рассказывающую об истории их предков.