Молчание становилось тягостным. И Кэйт заставила себя расслабиться. Ради Лиззи: дочь души в нем не чаяла, ей нравилось в отце все, хотя он был полным ничтожеством и бездельником.

Однако Кэйт не пыталась открыть дочке глаза на отца. Не гнала его, напротив, позволяла ему вторгаться в их жизнь и, сжав зубы, терпела его, ожидая, когда он в очередной раз уберется. В какой-то мере она понимала Лиззи: ведь и сама когда-то была без ума от него. В один прекрасный день Лиззи все поймет. И тогда Кэйт, как говорится, выметет черепки и вздохнет с облегчением.

Лиззи вернулась в гостиную с чашкой дымящегося чая в руках. Дэн расположился на софе, и Кэйт со своего места наблюдала за тем, с какой осторожностью Лиззи подает Дэну чашку, стараясь, чтобы, не дай Бог, ни одна капелька не упала на его элегантный костюм. Кэйт поспорила бы на последний фунт стерлингов, что все деньги, которые у него были, он уже промотал. Накупил дорогих подарков и теперь ему надо где-то перекантоваться и прийти в себя, не платя при этом ни пенса. Кэйт знала: он считает ее дурочкой. И сама мысль об этом выводила женщину из себя.

— Как поживает Антея?

— Превосходно! Ну просто превосходно! Привезла своих мальчишек на рождественские праздники домой, ну, я и подумал: не повидаться ли и мне с моей крошкой? — Он взъерошил волосы Лиззи, а та ласково улыбнулась ему.

Кэйт буквально затошнило от этих слов, но она переборола себя.

— Ну и когда ты обещал ей вернуться? — В тоне ее, необычайно любезном, звучало ехидство. Его уловил и сам Дэн, и вошедшая в комнату Эвелин. Сгладила неловкость Лиззи:

— Ну мам! Человек только приехал, а ты уже заводишь речь об отъезде!

Зазвонил телефон, и Кэйт поспешила в прихожую, радуясь возможности избежать дальнейшего разговора.

— Детектив-инспектор Барроуз слушает.

— Кэйт? Это Рэтчет. Боюсь, вас придется побеспокоить. Есть срочное дело. Пожалуйста, я вас очень прошу!

— Что случилось, сэр?

— Похоже, один из именитых жителей нашего города потерял дочь.

— Кто?

— Патрик Келли, — бесстрастным голосом ответил Рэтчет. — Со мной связался старший констебль. Девушка исчезла где-то около восьми вечера. Договорилась со своим дружком встретиться на Портебай-роуд, но когда тот подъехал, ее уже не было. Девушка не из тех, что исчезают, никого не предупредив. И старший констебль настоятельно просит расследовать это происшествие.

Кэйт уловила волнение в голосе Рэтчета.

— Не беспокойтесь, я поговорю с ним. Возможно, ничего особенного не случилось. Кстати, сколько лет девушке?

— Двадцать два года. Наверняка поссорилась со своим дружком и теперь прячется где-то, а парень боится сказать Келли правду.

— И правильно, что боится, — усмехнулась Кэйт. — От Патрика Келли всего можно ждать.

— Разумеется, Кэйт. К тому же он близкий друг нашего констебля. Так, по крайней мере, мне кажется.

— Не волнуйтесь, я разберусь.

— Спасибо, Кэйт. Вашим домашним наилучшие пожелания.

— Непременно передам, сэр. Я буду держать вас в курсе дела.

В трубке раздались гудки.

Кэйт вернулась в гостиную и улыбнулась одной из самых своих чарующих улыбок.

— К сожалению, мне придется уехать: пропала девушка.

— Ой, не может быть!.. А кто? — На лице Лиззи отразилась тревога.

— Ты ее не знаешь. Ну ладно, я постараюсь быстро вернуться.

— Знаешь, пап, наша мама расследует дело об убийстве и изнасиловании, она — главная в группе.

— Это правда, Кэйт?

— Да. Ну я пошла, а вы тут пока развлекайтесь.