— А ты их делала?

— Конечно, и не раз. Следить за собой надо с молодых лет, а не когда кожа мешком обвиснет! Мне уже скоро потребуется пластическая операция…

— Барбара, не преувеличивай! Пластические операции делают в старости…

— Глупости! — перебила ее Барбара. — Если тебе уже пятьдесят, то какая разница как ты выглядишь — на свой возраст или на сорок пять? Делать надо после тридцати. Тогда до сорока тебе будет двадцать пять, поняла?

Дженифер кивнула. Барбара в этом вопросе была специалистом не хуже врача-косметолога. За эти дни Дженифер уже насмотрелась на многие таинственные процедуры, которыми занималась Барбара, чтобы сохранить свою красоту и молодость. Еще в самый первый вечер, когда Дженифер пошла умыться с дороги, Барбара зашла к ней в ванную, потом вышла и вернулась с целлофановым пакетиком. «Салфетка для автомобилей» — гласила на нем надпись.

— На, держи!

— Что это? — полюбопытствовала Дженифер, разглядывая пакет. — Хорошо, я займусь твоим автомобилем, только лицо вытру и переоденусь. У тебя найдутся старые джинсы и футболка?

Ответом ей был смех Барбары. Сестра хохотала от души, даже перестав беспокоиться, что у нее могут залечь морщинки в уголках глаз.

Дженифер робко улыбалась. Она не понимала, почему сестру обуяло столь безудержное веселье. Отсмеявшись, Барбара сказала:

— Дженифер, какая же ты глупая! Неужели ты могла подумать, что я заставлю тебя мыть машину?

— А для чего ты принесла эту салфетку?

— Для лица! Все мужчины любят свои игрушки, вот и выпускают превосходные замшевые салфетки для автомобилей. Но умные, утонченные женщины используют их для своих целей.

— Ты ею вытираешь лицо вместо полотенца? — удивилась Дженифер.

— Нет! Запомни, что я тебе скажу. Твоя сестра знает много секретов. Вот один из них: намочи салфетку горячей водой, слегка отожми ее и массируй ею лицо. Действует как миостимуляция. Прибором еще можно и навредить — растянуть кожу, а вот салфеткой — никогда!

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, дорогая сестричка, знаю! Еще Нинон, великая французская куртизанка, пользовалась замшевой салфеткой и долго оставалась молодой. А в те времена, поверь, женщине трудно было сохранить молодость.

Дженифер и не собиралась подвергать сомнению слова Барбары. Об избирательной начитанности своей сестры ей хорошо было известно. Барбара не интересовалась науками в прямом смысле этого слова, но все, что могло хоть как-то помочь ей быть привлекательной, усваивала мгновенно. С Барбарой вполне могли консультироваться ученые-историки, если бы им потребовались секреты, подобные тайне Нинон.

Лежать под шоколадной маской оказалось необыкновенно приятно. Барбара устроилась рядом и весело болтала о салонных косметических процедурах. Потом вдруг сказала:

— Нет, я все-таки права. Харрисон не для тебя!

— Тебе он понравился? — с трудом выдавила из себя Дженифер и поблагодарила судьбу, что у нее на лице и шее лежит подсыхающая шоколадная масса. Говорить с маской трудно, поэтому сестра не заострит внимания на внезапном спазме, сжавшем горло Дженифер. Так и оказалось.

— Молчи! — воскликнула Барбара. — Во время масок нельзя разговаривать — растянешь кожу. А насчет Харрисона, я так тебе скажу: как временное развлечение он неплох, но как серьезный кавалер не тот уровень. Что может дать какой-то риелтор женщине, кроме постельного траха? Тебе нужен солидный мужчина при деньгах, тот, кто сможет тебя содержать.

— Я…

— Молчи! — прервала Дженифер Барбара.