— Конечно, единственная… Он отнял у меня содержание!

— Барбара, милая, как же ты жить будешь?! А еще этот прокол с контрактом! — Дженифер бросилась к сестре и обняла ее.

Барбара с неудовольствием отстранилась.

— Дженни, у тебя руки жирные! Пятна оставишь! А Джон подлец, каких свет не видывал, не изменяя интонации, сказала она. — Поймал меня в ловушку!

— Он по закону обязан тебя содержать! — не обращая внимания на замечание сестры и продолжая нежно поглаживать ее по плечу, заметила Дженифер.

— Если я не работаю…

— Ты же не работала на момент развода!

— Адвокаты Джона придрались к тем фотографиям. Помнишь, на которых я позирую с рыбой…

— Но это же любительские фотографии, — возразила Дженифер.

— Они сделаны профессионалом и были помещены в журнале!

— Ну и что? Ты тогда гостила… Как его? Забыла… А, у сэра Перси! — сказала Дженифер. — Он же не платил тебе за позирование с пойманным им лососем! Это работой не считается…

— Я не могла признать это публично!

— Почему? — воскликнули в один голос Дженифер и Уинифред.

— Почему, почему… — передразнила их Барбара. — С какой радости я отправилась к сэру Перси, а? Вы об этом не подумали? Я же сказала своему придурку, сэру Джону, что еду работать. Ра-бо-тать, понимаете?

— Зачем? — изумилась Дженифер.

— По-твоему, я должна была сообщить, что еду к любовнику?

— Деточка моя, что ты такое говоришь?

— Уинни, я давно уже не ребенок. Да и Дженифер вышла из детского возраста, — в сердцах проговорила Барбара и добавила: — Уинни, свари кофе! Дженни, как кот, налакалась сливок, а у меня в горле пересохло…

— Кофе? — удивилась Уинифред. — У нас нет кофе. Давай сделаю тебе чай. Настоящий наш английский чай с капелькой сливок и ложечкой сахара. Хорошо, Барби?

— Не зови меня этой дурацкой кличкой, Уинни! — одернула няню Барбара. — А чай, так уж быть, сделай!

Через некоторое время Барбара пила горячий душистый чай, а Уинни и Дженифер с любовью на нее смотрели.

— Помнишь Генриетту, Дженни?

— Ту, у которой я в детстве была на свадьбе?

Голос Дженни прозвучал глухо и напряженно, но Барбара не обратила на это внимания.

— Да. Она, оказывается, хорошо устроилась в жизни. Директор гостиничного комплекса в Брайтоне. Везет же некоторым…

— Значит, много работает, — заметила Уинифред.

— А где шавка, Дженни? Сдохла? — не обращая внимания на слова няни, спросила Барбара.

— Ты про Молли? Как ты можешь так говорить, Барбара? Молли не шавка, а очаровательная собака. И она жива-здорова.

— Ну и ладно, — добродушно согласилась Барбара. — Только пусть держится от меня подальше. Она вполне способна порвать мне колготки… А что с собаки возьмешь?

— Молли не кот, она не точит когти!

— Не знаю, не знаю… Но якшаться с ней не собираюсь… — Барбара отставила от себя пустую чашку. — Ладно, теперь самая большая новость… — объявила она, выдержала эффектную паузу и добавила: — Мистер Фаррейро все-таки решился продать!..

Дженифер и Уинифред недоуменно переглянулись.

— Я должна знать этого мистера, моя девочка? — робко спросила Уинни.

— Что мистер Фаррейро продает? — нахмурила брови Дженифер.