— Ты предлагаешь мне приобрести пистолет и заставить Харрисона жениться на мне под его прицелом?

— Это можно решить и позже, — легкомысленно изрекла сестра.

Дженифер подумала, что если ранним утром ее мозги ворочаются с трудом, то у сестры они в это время совершают замысловатые кульбиты. Вот бы Дженифер такой завидный оптимизм, как у Барбары.

— У него есть невеста… — пожаловалась сестре Дженифер.

— Мелочи. Об этом и говорить не стоит… — успокоила ее Барбара, но, видимо, до нее наконец дошел смысл слов Дженифер, и она вскричала: — Я ничего не знаю! Мне о невесте ничего не сказали…

— Я говорю!

— Как ее имя?

Дженифер не понимала, что даст Барбаре имя невесты Харрисона. Разве только сестра хочет опробовать какой-нибудь новый астрологический подход? Возможно, бороться с Джуди легче, чем с Марджори, а с Марджори сложнее, чем…

— Гвен, — сказала Дженифер.

— Гвен? — удивилась Барбара. — Ладно, узнаю. Жди!

Дженифер без сил упала на подушку. Барбара не отстанет от нее — в этом Дженифер была абсолютно уверена. Настойчивости и изворотливости ее сестры мог позавидовать самый хитроумный придворный при дворе восточного владыки. Дженифер не сомневалась: если Барбара захотела бы, Харрисон вмиг оказался бы у ее ног. Но даже Барбара не в силах привести к Дженифер ее возлюбленного.

А если Барбаре удастся заставить Харрисона предложить Дженифер руку и сердце? Что тогда?

Отказать! — подсказал Дженифер оригинальное решение проблемы кто-то, сидящий в ее душе.

Вставай! — приказала себе Дженифер. Ты не о том думаешь! Лучше сходи сегодня в паб, поговори с Тедди, Полом и Питером. Тебе снова потребуется их поддержка. Вопрос о риелторе не снят с повестки дня.

Дженифер встала. День вступал в свои права. Позволить себе валяться целый день в постели она не могла. Но тайная мыслишка — влюбить Харрисона в себя, а потом бросить, — мыслишка глупая, отдающая детством, крепла, распушала хвост и проникала в ее мозг.

— Здравствуй, Дженни! Сменила гнев на милость? Несомненно, лисица божья тварь, но Господь ее создал недаром, — сердечно приветствовал зашедшую в паб Дженифер дядя Тим.

— Здравствуйте, дядя Тим. Рада вас видеть. Только не пойму, почему вы про лисиц разговор завели?

— Не думай, Дженни, я не Тедди, я на твоей стороне. Помню, твой отец, когда был жив, тоже любил охотой побаловаться.

— Привет, Дженни! Вернулась? Ну и как тебе Лондон?

— Подожди, Питер. Дядя Тим, я знаю, что отец любил охотиться на лисиц. Но я буду и впредь ратовать за запрещение…

— Браво, Дженни. А тут Мартин глупости нес… — перебил Дженифер сидящий за стойкой Тедди.

— На носу двадцать первый век, и надо честно признать, что сейчас охота — это настоящее убийство животных. Лисицы, как и люди, должны получить свое право на жизнь, — продолжала развивать свои воззрения на лисью охоту Дженифер.

— Бог с тобой, Дженни. Ты девушка хорошая, но, прости меня за откровенность, твоя правая рука не знает, что делает левая. Мое дело сторона. Хотите устраивать охоту, устраивайте, хотите поддерживать зеленых, поддерживайте… — Дядя Тим демонстративно отвернулся от Дженни.

— Что это с ним, Питер? Почему дядя Тим прицепился ко мне с этой охотой? В замковой роще давно никто не охотится!

— И хорошо, что разрешила сэру Айленду погонять наших лисиц. Их у нас развелось дальше некуда. Я раньше тоже поддерживал тебя, Дженни, но немного укоротить этих рыжехвостых тварей надо.