В главной мастерской Зиммута царил грандиозный беспорядок. Чего здесь только не было! Перегонный куб, листы меди, шестерни, маятники, уровни, подшипники, шкивы и самые разнообразные инструменты. На всех горизонтальных поверхностях стояли каменные кувшины с универсальным растворителем и антикоррозийной субстанцией. Магнитные компасы, теодолиты, телескопы и солнечные часы были кое-как засунуты в специально для них предназначенные ящики, обшитые изнутри атласом. До невозможности искаженная модель Солнечной системы свисала с деревянной балки на потолке, и каждый, кто проходил мимо, задевал ее головой.

Мужчины в касках и запятнанных талтри что-то пилили, стучали молотками. Сам Зиммут, пышущий энтузиазмом, жужжал, как объевшаяся пчела.

— Мы разрабатываем новый силдроновый подъемник, — сообщил он. — Гораздо более эффективная лифтовая система. А здесь строится современное судно. Вы понимаете, силдрон и андалун не взаимодействуют с другими металлами, и этот тип роторов будет работать как пропеллер. А там мы разрабатываем улучшенные подковы для эотавров, чтобы облегчить им приземление.

— Извините…

Зиммут прервал монолог.

— Слушаю, леди…

Он уже забыл имя гостьи.

Рохейн лениво смахнула со скамьи кусок железа, он глухо звякнул о пол.

— Изобретите силдроновую маслобойку, — предложила она.

— Что?

— Или придумайте мощное колесо для прялки, или лучше ткацкий станок.

Он запустил руку в растрепанную бороду.

— Но зачем? Я имею в виду, что этим занимаются служанки.

— В основном. Но такие машины высвободят женщинам время.

— Для чего?

— Для других дел.

— Да, конечно. Но они не умеют делать другие дела.

— Вроде строительства транспортного средства из несовместимых материалов? Не сомневаюсь, что женщины справились бы и с этой задачей, будь у них время и желание.

Ученый уже переключил внимание на свои мысли. Он поковырял пальцем в зубах, потом вскинул его в воздух.

— Маслобойка! Да! Ее можно сделать!

Будто лошадь с шорами на глазах, ученый рысью пустился прочь, прихватив с собой помощников.

— Миледи предложила интересную идею, — заметила Хелигея, когда вся группа двинулась из мастерской по направлению к садам.

Рохейн задумчиво поправила на голове талтри.

— Я слышала рассказы еще об одном колдуне, — сказала девушка. — Кто бы это мог быть?

— Это неправда, — возразил Усторикс. — Никто у нас не знаком с магией, кроме Зиммута.

— Возможно, это Мортье, — вмешалась Хелигея. — Бывший Мастер Мечей.

— А сейчас?

— Он пытался войти в контакт с нежитью за пределами владений. Мортье надеялся, что они помогут ему получить власть над шангом.

— Хелигея! — строго одернул ее Усторикс.

— Однажды он ушел в лес с несколькими слугами, — упрямо продолжала сестра, — и…

— Вот мы и пришли к садам, — перебил ее Усторикс. Лакей открыл ворота и, склонившись в поклоне, отошел в сторону, чтобы они могли войти.

— И начался шанг, — упорствовала сестра.

— Замолчи, иначе ты ответишь за это.

— Милорд Усторикс, умоляю вас, позвольте вашей сестре продолжить, — вступилась за нее Рохейн.

На шее Всадника Бури вздулись от ярости вены.

Хелигея отломала от тополя ветку.

— Итак, наш замечательный Мастер Мортье испугался, что шанг застанет его под открытым небом, и убежал.

Они пошли по посыпанной гравием дорожке между обнаженными кустами живой изгороди. Хелигея угрюмо пробиралась между розовых кустов, старательно избегая разъяренного взгляда брата.