– Но я вовсе не хотел… – попытался возразить Дэниел.

– Однако именно это ты и делал, и в результате тетерь она чувствует себя просто ужасно.

– Валори хочет учиться. Она…

– А ты хоть раз спросил ее об этом? Совершенно юно, что нет. О, Дэниел, как ты мог оказаться настолько слепым?

– Слепым? – Он почувствовал, что начинает сердиться

– По крайней мере раньше Валори уважала твое мнение, но, боюсь, она уже начала испытывать обиду на тебя.

– Это еще почему?

– Мэг сказала, что ты лишил ее команды. Дэниел вздохнул,

– Мама, команда – это не игрушка, которую можно гнить!

– Речь идет о ее команде, ее людях. – Но… откуда тебе это известно?

– Мэг рассказала.

– И ты не возражаешь? – осторожно спросил он.

– Возражаю? – Леди Терборн рассмеялась. – Она же притащила тебя к алтарю! Любая, кому бы это удалось, стала бы моей любимой невесткой. Кроме того, тебе нужна сильная женщина, так что немедленно верни ей ее команду!

– Как? Я ее не отбирал…

– Дэниел, люди смотрят на Валори как на капитана. Ты ее муж, а значит, выше их, и они должны слушаться тебя тоже. Теперь ты понимаешь? Ты отнял ее авторитет, даже не приложив к этому малейшего усилия, а у нее нет способов бороться с тобой.

Они немного помолчали.

– Мэг также сказала, что ты послал королю прошение об аудиенции.

– Да. – Он удивленно поднял брови.

– В нем ты даже не упомянул имени Валори.

– Пойми, мама, я не хотел огорчать ее… Леди Терборн покачала головой.

– Дэниел, с ней нельзя так обращаться. Она может справиться со многим, в том числе и с подобными огорчениями.

– По дороге в Англию она заболела – у нее была слабость, температура. Кроме того, она беременна. Мне действительно не хотелось огорчать ее.

Пожилая дама удивленно распахнула глаза:

– Валори беременна? Она сама тебе сказала?

– Нет. Скорее всего она еще не знает. Мне сказал Генри.

– Генри? – Она была поражена. – Как Генри мог сказать тебе, что Валори беременна? Почему, черт побери, он это знает, а она нет?

Дэниел некоторое время медлил с ответом.

– На корабле Генри приносил все, что ей требовалось, и поэтому единственный знал, когда у нее бывали месячные. После свадьбы они прекратились. Если и следующие месячные не придут, мы будем твердо уверены в ее беременности.

– И вы считаете, что Валори ни о чем не догадывается?

Этот вопрос явно застал Дэниела врасплох.

– Видишь ли, никто никогда не говорил с ней об этом.

Леди Терборн скривила губы.

– Дэниел, ты должен все выяснить. Если твоя жена беременна, то обязательно должна знать об этом.

– Да, конечно. – Он кивнул. – Я поговорю с ней и… Громкий треск в коридоре заставил его замолчать, а когда вслед за треском раздался крик, Дэниел вскочил и выбежал из библиотеки. В холле он обнаружил мужчину, который катался по мраморному полу, держась за ногу.

– Она… она сломала мне ногу! Вы…

– Это меньшее, чего ты заслуживаешь, мерзкий слизняк! – заявила Валори, спускаясь вниз по лестнице.

– Что здесь происходит, черт побери? – прорычал Дэниел. – Что ты опять наделала?

– О, милорд, – заохал мистер Хендерсон, потирая ногу, – она сломала мне лодыжку! Как теперь я буду учить танцам, если у меня сломана нога? Она меня уничтожила.