– Никаких, кроме похоти, – повторила она шепотом.

– Миледи? – встрепенулся мальчишка, выводивший лошадь из конюшни. – Вы что-то сказали?

– Так, пустяки. – Изабелла осмотрела вороного мерина со всех сторон и покачала головой. – Мне нужна лошадь более выносливая, для долгой дороги.

– Миледи, эту лошадку особенно любила матушка лорда ле Куртене. – Мальчик упрямо поджал губы. – Леди следует взять спокойную лошадь.

– Мы отправляемся в путешествие, у нас будет два-три привала, поэтому мне нужна лошадь, способная вынести тяготы дальнего пути. Как насчет вот этой? – Она указала на белую лошадь в стойле возле самой двери.

– Вы про жеребца? Он не для леди.

– Я справлюсь. Оседлай-ка мне его.

Мальчик замер, нерешительно озираясь по сторонам. Видно, ждал, что кто-нибудь из мужчин поможет ему убедить Изабеллу взять лошадь посмирнее. Затем кивнул с неохотой и отошел от мерина, надеясь в душе, что она еще передумает.

Изабелла потрепала лошадку по спине:

– Ты не заслуживаешь лишений. Отдыхай.

Мальчик седлал жеребца. Вороной повернул к ней морду, и девушка улыбнулась. Мерин тихо заржал, и она подумала, что вороной все понял и теперь благодарит ее зато, что она выбрала другого скакуна.

На плечо Изабеллы легла рука. Она резко перехватила ее и вдруг застыла, когда мальчик-конюший назвал имя лорда Уиртона. Ведь она могла бы швырнуть барона на землю! Девушка разжала захват и повернулась к нему лицом. Уиртон растирал руку.

– Простите, – сказала она.

– Не следовало подкрадываться и пугать вас. – Лорд Уиртон продолжал массировать запястье. – Вспоминаю, что вы творили, когда мы впервые встретились. Кажется, вы опасная женщина.

– В пути женщину может подстерегать опасность.

Не очень удачный ответ, но ничего лучше не пришло ей в голову. Сколько еще промахов она совершит прежде чем отыщет медную шкатулку с бумагами? Нарико предупреждала сестер: «Думайте, прежде чем нанести удар», – ибо приемы, которым она их учила, могли причинить человеку серьезные увечья. Изабелла слишком невнимательно отнеслась к ее предостережениям, как, впрочем, и к самим занятиям.

– Очень мудро, миледи. Думается, вы изучали не только искусство врачевания.

Изабелла постаралась скрыть смятение. Неужели Джордан нарушил обещание и рассказал барону о том, что узнал из их разговора об аббатстве прошлой ночью? Нет, Джордан держал слово. Она не позволит барону вывести ее из равновесия настолько, чтобы выдать секрет.

– В жизни приходится многому учиться. – Изабелла похвалила себя за прекрасный ответ. Она ничем не вызвала подозрений.

Взгляд барона скользнул по ее фигуре. С недовольной гримасой на лице Уиртон сурово спросил:

– Вы оставили себе кинжал из могилы де Долана?

– Да. – Она потрогала замотанный в тряпку кинжал у себя за поясом. – Нужно отдать его лорду ле Куртене.

– Кажется, вы сказали, что похоронили кинжал вместе с де Доланом.

– Если изволите припомнить, у меня тогда не было времени рассказать правду.

Лорд Уиртон снова расцвел в улыбке:

– Вы правы. Надеюсь, по пути в Линкольн у нас будет возможность побеседовать без помех. Должен заметить, вы выглядите отдохнувшей. А вот Одетта почти не спала.

– Ей так не терпелось отправиться в Линкольн?

– Ну, из-за этого тоже.

Изабелла отвернулась и погладила морду вороного. Неужели барон хочет сказать колкость? Улыбка у него просто змеиная.

– Как только мы выступим, леди Одетта сможет убедиться, что волноваться незачем.