– Ах-ха. Да, дама-маккилиоди.

    Они втроем вылезли из укрытия. Снаружи, на “воле”, уже наступила ночь – влажная, теплая. Гораздо более теплая, чем промозгло-сырая темь их подвала. Карлик восстановил статус-кво стены – четырежды с паузой дернул рычажок замка вверх, и все срослось – гладенько так. Не зная, и не догадаешься, что здесь есть лаз. Дык оно завсегда так и було, пане управляющий…

    Затем они долго шли в абсолютной, непроглядной темноте. Увы, до уличного освещения здесь еще не доросли. Насколько Серега мог судить, в замок они возвращались совсем не тем путем, каким из него выходили.

    Серега наткнулся в полной темноте на спину шедшей прямо перед ним леди Клоти и затормозил. Тьма, и без того почтя непроглядная, сгущалась впереди. Чернильно-мутная тень заслоняла полнеба.

    – Где это мы? – шепотом поинтересовался Серега.

    – Ш-ш! Под подъемным мостом! – Локоть леди-рыцаря чувствительно проехался по его ребрам. И что разболтался, спрашивается? Взялись вести – куда-нибудь да приведут…

    Что-то не было слышно привычного скрежета, сопровождавшего работу потайных запоров. Слышалось ему нечто совершенно другое. Серега прислушался, вглядываясь в темноту. Карлик, в темноте глядящийся смутно-трепещущей тенью – призрак, да и только, – едва слышно бормотал что-то в тишине и махал руками. Что бы это могло значить? Не хватает только, чтобы этот бедолага прямо сейчас свихнулся. Вот тогда…

    В лицо ему вдруг пахнуло сыростью и холодом, словно отворился громадный погреб. Кто-то (наверняка леди Клотильда) цапнул его за рукав, потянул вперед, и он покорно шагнул.

    – Свет! – каркнул карлик.

    Затеплился и разгорелся неяркий красноватый свет. Он лился… прямо со стен, Это было весьма, гм-м, неожиданно для него и еще более неожиданно для леди Клотильды. Серега с секунду любовался простонародно разинутым ртом высокородной леди, затем, опомнившись, повернулся к карлику.

    – Эти сияющие стены – тоже дело рук барраядли?

    – Ах-ха. Эта часть замка – старый. Здесь замка все еще может стать решадлем. Мой прадеда строила. Замка любит внука барраядли-хозяина.

    – Как интересно, как загадочно. А барон знает об этой любви замка к своему… э-э…

    – Творения. Барона говорит – я его творения. Не-а. Не знать. Меньше знать – крепче спать, хо-хо!

    Что ж, с этим не поспоришь. Карлик указующе махнул рукой, и они двинулись по светящемуся коридору вперед.

    Анфилада коридоров соединялась круглыми зальчиками. Убранство некоторых из них напоминало чуть ли не великосветские будуары и гостиные – кокетливые диванчики и затейливые кушеточки, обтянутые узорчатым шелком, позолота и серебро, зеркала и канделябры. Некоторые, напротив, были обставлены с нарочитой простотой.

    – Комнаты мой прадед, – коротко пояснил карлик в ответ на недоумевающие взгляды Сереги и леди Клотильды. – Замка спрятал их сюда.

    Спрятал?! Увы, недоумение Сереги и леди Клотильды только усилилось. Но лично Серега просить объяснений как-то не решился – кто его знает, что ему там могут наобъяснять. Он уже и так об этом мире не слишком высокого мнения… Да и не время и не место для объяснений.

    Комнаты закончились. Вверх устремлялась лестница с перилами, проложенная в узком сводчатом тоннеле.