– Откуда такая осведомленность?

– В детстве все мы мечтаем кем-нибудь стать. Только не всегда наши мечты совпадают с нашими возможностями. Так вот, я мечтала стать экспертом-криминалистом, чтобы выезжать на место происшествия и рассматривать трупы. Определять время убийства, орудие убийства, тяжесть телесных повреждений и так далее.

– Хорошенькая мечта! – присвистнул Марк. – Я всегда знал, что ты сумасшедшая, с самой первой минуты, как только тебя увидел. Вот я, например, хотел стать космонавтом. Да разве можно мечтать о таком в раннем детстве?! Криминалист! Ничего себе мечта детства! Считай, что ты им стала, правда неофициально, негласно, без образования.

– Ты не дослушал. – Я сделала обиженное яйцо. – Так вот, я прочитала массу литературы такого плана и эти сведения почерпнула именно оттуда. Короче, скорее всего, он уже закопан в братской могиле для неопознанных трупов. Знаешь, как это делают? Им роют яму, кидают всех вместе в целлофановых мешках, закапывают и даже табличку не ставят. Они числятся по номерам, а номера записаны у следователя. В следственной работе такое дело называется висяк. Это значит, оно висит мертвым грузом до тех пор, пока его не закроют. Криминалисты не любят такие дела, им нужны цифры и отчетность, а здесь не бывает цифр, да и отчета не напишешь. Такие дела обычно переходят от одного следователя к другому. Каждый хочет их с себя скинуть. Дают объявление в газету и периодически его повторяют. «Помогите опознать человека» или «Следователь просит помочь», в общем, что-нибудь в этом духе. Но труп никто не опознает. Заявление родственников о пропаже не поступает. Никому нет дела. Через определенное время дело закрывают за отсутствием фактов. Как будто никогда не было человека и никто его не убивал. Видишь, неподалеку деревня. Местные жители очень любят рыбачить. С утра до ночи они торчат на берегу. Скорее всего, кто-то обнаружил труп и вызвал милицию. В тот же день его увезли.

Марк внимательно слушал, а я продолжала:

– Можно, конечно, подойти к местным рыбакам и спросить, не находили ли они что-нибудь интересное в последнее время. Но тем самым мы только наведем на себя подозрения. Если они действительно обнаружили труп, то их явно предупредили, чтобы они сразу сообщили в органы о всех подозрительных. Поэтому нам лучше не нарываться. Ко мне уже один подходил, спрашивал, что мы здесь ищем. Я ответила, что на днях купалась здесь со своим другом. Мы хорошо порезвились в воде, и я потеряла бриллиантовое колье. Это выглядело довольно правдоподобно. Крутые машины, мальчики с мобильными, водолазы – все это взбудоражило местное население. Теперь им все станет ясно. Когда будем уезжать, надо сказать, что нашли то, что искали, иначе все местные жители будут с утра до ночи нырять в реке в надежде найти драгоценности. Надо их пожалеть, чтобы они не питали пустых иллюзий.

Мы не там ищем. Марк. Надо искать в библиотеке.

Надо поехать в читальный зал, взять подшивки «Криминального курьера», «Дорожного патруля», «Криминальной хроники» и как следует их изучить. Я уверена, что там мы найдем то, что ищем. Я узнаю его сразу, каким бы изуродованным он ни был. Только вот как мы докажем Касьяну, что это он, я не знаю.

– Вот видишь, как пригодилась мечта твоего детства, – улыбнулся Марк, и мы прекратили поиски.