– Нет, он приложил к этому руку, не сомневайся. Подтверждением тому служит не только новое завещание Джеффри, но и те сведения, которые нам удалось найти в последнее время.

Майлс подсел к Кэтрин и рассказал ей о странном завещании Лорелеи, в котором она фактически вычеркивала своего мужа из числа наследников.

– Кроме того, представь удивление и гнев Эдварда, когда тот узнал о том, что Седвик Мэнор заложен. Для того, чтобы выкупить его, у Эдварда есть всего год и ни гроша за душой. В этой ситуации от него можно ожидать всего, чего угодно.

– Почему она столь жестоко поступила со своим мужем?

– По всей видимости, их брак на самом деле был вовсе не таким, каким казался. С одной стороны, Эдвард всегда распинался в своей любви к Лорелее, с другой стороны – всем было известно, что она постоянно меняет любовников. Джейми сумел переговорить с одним таким молодым человеком, и тот признался, что Лорелея давала ему деньги. Очевидно, она содержала своих любовников – точно так же, как многие джентльмены содержат своих любовниц.

– Не мог ли убить Лорелею один из них? – спросила Кэтрин.

– Как знать. Во всяком случае, от властей моим агентам не удалось добиться никакой информации. Придется съездить в Лондон и повидаться кое с кем из правительства, чтобы получить доступ к обстоятельствам того убийства.

– До чего же подлой женщиной оказалась эта Лорелея, – вздохнула Кэтрин, прислоняясь к плечу Майлса. – Бедный Эдвард.

– Да уж, действительно, бедный Эдвард! – фыркнул Майлс. – Я уверен в том, что он все прекрасно знал, когда решил жениться на Лорелее восемнадцать лет тому назад. Моим людям удалось раздобыть копию их брачного контракта. Эдвард получил титул покойного мужа Лорелеи, поместье и тридцать тысяч фунтов стерлингов в придачу.

– Возможно, Лорелея таким образом расплатилась за то, чтобы получить мужа – молодого, красивого и умного.

– Позволь мне напомнить тебе, какими словами описывает дядю в своем последнем письме Виктория: лживый, жестокий и бесчестный. Не обманывайся его внешним видом, любовь моя, под этой овечьей шкурой прячется кровожадный волк. Помни: Эдвард Демьен – очень опасный человек.

– Да, – согласилась Кэтрин, вспоминая ту минуту, когда она впервые увидела Эдварда. – С первого взгляда он показался мне именно таким.

– Первое впечатление всегда самое правильное, – заметил Майлс. – Так что никогда не забывай об осторожности.

Кэтрин сердито покосилась на него, и Майлс рассмеялся:

– Да, я знаю, что ты можешь постоять за себя, но не станешь же ты расхаживать по дому, прицепив шпагу к поясу модного шелкового платья!

– Как же ты плохо знаешь меня, англичанин! Мое оружие всегда при мне. – Она поднялась с дивана и задрала юбки, показав Майлсу кинжал, привязанный к ноге. – Я хорошо владею не только шпагой.

Майлс взял кинжал за украшенную драгоценными камнями рукоятку и вытащил его из ножен. Лезвие показалось ему очень коротким, не более пятнадцати сантиметров, и он спросил, с сомнением покачав головой:

– И этой игрушкой ты хотела проткнуть меня, когда заподозрила, что я собираюсь остричь тебе волосы? Кстати, откуда у тебя этот перочинный ножичек – еще один подарок Гаррета?

– Этот, как ты сказал, перочинный ножичек подарил мне Рори, и было это несколько лет тому назад. Брат сказал тогда, что этот кинжал напоминает ему меня – такой же маленький, красивый и смертельно опасный. И в самом деле, он уже трижды спасал мне жизнь.

– Но постой, как же тебе удалось его пронести с собой? Твоя шпага осталась на борту «Фоксфайра», а другого оружия я у тебя тогда не нашел.