— Кстати, Мари, — нарушила тишину Джоанна, — шеф выражает нам благодарность за нефть и операции «Вампум» и «Сокровища затонувших кораблей». Там уже подняли «Санта-Изабеллу» с грузом золота.

— Класс! — донеслось из-под одеяла.

Наконец Ксави вылезла, красная и растрепанная. В руке ее победно поблескивал магазин кассет.

— Всё! — сказала Джоанна, захлопывая журнал.

Едва подруги успели сложить документы на «блюдо», как в каюту постучали.

— Сейчас! — крикнула Джоанна и распахнула дверь.

На пороге стояли Питер Блад и Нэд Волверстон. Оба — мрачнее туч.

— Картина Репина «Не ждали», — проворчала Ксави, заслоняя собой рефлектор.

— Мы, собственно, по делу, — Блад слегка запнулся. — Мы… Мы уходим в рейд.

— Прекрасно, — Мари игриво глянула на Волверстона. — Давайте сбегаем!

— Мы идем без вас, — Нэд старательно прятал глаза.

— Не поняла! Это что-то новенькое!

— Оставь его, Ксави! — Джоанна печально улыбнулась. — Люди идут на далекий, но прекрасный остров навестить любимых женщин. Вперед, ребята!

— Как ты можешь!.. — только и в силах был сказать Питер.

— Да чего уж там, со всеми случается! — сочувственно вздохнула Ксави.

— Гос-с-споди!!! — взвыл Волверстон.

Блад решил «рубить концы»:

— В общем, так: нам предстоит опасная операция, а вы остаетесь здесь!

— И что нам прикажете тут делать? Охранять причал от портовых шавок? — осведомилась Мари.

— Да, если хочешь! — не выдержав, рявкнул Нэд.

— Я знала, что этим всё и кончится! — холодно подытожила Джоанна. — Когда мы были Артуром и Ксавье, с нами считались, а теперь приказывают сидеть в пещере, пока мужчины охотятся на мамонтов. А что, вам не нужны лишние пушки и шпаги?

— Это приказ! — хмуро отрезал Питер. — Обсуждения не будет!

Глаза Ксави блеснули ехидством. Она подмигнула Джоанне, подошла к Волверстону и, широко распахивая изумрудные глаза, спросила тоненьким голоском:

— Ты считаешь, нам не стоит идти с вами?

Нэд, замученный совестью, понуро кивнул.

— Пусть будет так, как ты хочешь, милый! — смиренно сказала Мари, сопровождая эти слова душераздирающим вздохом.

Волверстон остолбенел.

— Один готов! — шепнула Ксави подруге, опускаясь в кресло и печально склоняя голову.

Джоанна, с трудом подавив хохот, заглянула Бладу в глаза самым нежным своим взглядом.

— Питер, это очень опасно?

Блад с подозрением взглянул на нее, потом покосился на Нэда, ожидая поддержки, но тот еще решал задачу с неизвестным количеством неизвестных, заданную Ксави Куто. Питер, лихорадочно соображая, что ответить (скажешь: «Нет!» — потребуют, чтобы взяли; скажешь: «Да!» — тоже нехорошо), промычал:

— Н-ну…

— Запомни, милый: если с тобой что-нибудь случится… — Джоанна опустила ресницы, пытаясь спрятать чертики в глазах, — я уйду в монастырь!

И подойдя к Бладу, она перекрестила его:

— Да хранит тебя Господь!

Питер побелел.