В эту минуту Фиона презирала себя. Густой румянец выступил у нее на щеках.

— Наш брак, конечно же, будет фиктивным, — объяснила она, вскинув подбородок, — мы всего лишь разыграем спектакль.

— Фиктивный брак — это святотатство, насмешка над одним из христианских таинств, — заметил Брэдан, хмуря брови.

— Но ведь мы не можем жениться по-настоящему, — возразила Фиона, пытаясь скрыть обиду. — Придется вам пережить эту неприятность. В противном случае ваше появление здесь вызовет подозрение у Уилла. Он не примет вас в шайку и не позволит вам участвовать в налетах и грабежах. А это значит, что вам не удастся раздобыть деньги, необходимые для дальнейших поисков Элизабет.

Брэдан так долго молчал, обдумывая ее слова, что это начало беспокоить Фиону.

— Только так мы сможем усыпить подозрительность Уилла и объяснить, почему я вернулась, — добавила она, видя, что Брэдан все еще в замешательстве. — Если у вас есть другие предложения, я готова их выслушать. Мне тоже не очень-то нравится идея фиктивного брака.

Фиона опустила взгляд. То, что слова Брэдана так задевают ее, показалось ей странным. Ведь прежде она решительно вступала в нелицеприятные споры и вела их уверенно до победного конца, ничуть не смущаясь и твердо веря в свою правоту. Но сейчас, чувствуя, что Брэдан презирает ее, она терялась и робела как девочка. Его пренебрежительное отношение оскорбляло ее. Фиона понимала, что глупо обижаться, она давно уже не была наивной невинной девушкой. И все-таки ничего не могла с собой поделать. Ее глубоко ранило поведение Брэдана.

— Но почему мы непременно должны изображать супружескую пару? — недоуменно пожимая плечами, спросил Брэдан. — Не лучше ли заявить вашим приятелям, что мы любовники?

— Нет, — решительно возразила Фиона, — Уилл этому не поверит. Он и его люди сразу же поймут, что это неправда.

— Но почему?! — удивленно воскликнул Брэдан. — Чем ложь о браке убедительнее лжи о любовной связи?

— Все здесь знают, что я никогда в жизни не заведу любовника. Никогда!

— О Боже, я ничего не понимаю… — пробормотал Брэдан. — В борделе вы, насколько я знаю, торговали своим телом. Бежав к разбойникам, стали любовницей Уилла Синглтона, их главаря. Разве не так? — И, не дав ей времени ответить, Брэдан раздраженно продолжал: — Ваша логика недоступна мне… Я не могу…

Его последние слова внезапно заглушили пронзительные крики и треск, доносившиеся из леса. Через мгновение на берег выбежали четверо мужчин, потрясая обнаженными мечами. Фиона тут же выхватила свой кинжал и приготовилась защищаться. Брэдан чуть замешкался. Он успел положить ладонь на рукоять своего меча, когда двое разбойников набросились на него с воинственными криками. Быстро отпрянув от них, Брэдан обнажил свое оружие.

Клинки скрестились с громким лязгом. Один из нападавших с угрожающим видом зарычал. Однако поедин-

ки были привычным делом для Брэдана. Он закалился в многочисленных битвах и сражениях. Очень быстро ему удалось обезвредить обоих противников. Одному из нихон рассек мягкие ткани ноги, другого оглушил сильным ударом по голове.

Тем временем двое других разбойников подкрались к нему сзади, решив неожиданно напасть на него со спины. Однако Брэдан не терял бдительности. Резко обернувшись, он дал достойный отпор нападавшим. Брэдан прекрасно владел мечом, умело лавируя и уходя от ударов противников.