Неожиданно Дженни поняла, что Том странно переменился. Его глаза, интонации были чужими. И почему он поцеловал ее в лоб?

– Ты еще любишь меня, Том? – спросила она, чувствуя, что, если он ответит «нет», ее сердце просто остановится.

Том отвел глаза.

– Ну да, конечно. Но…

Это короткое слово перевернуло для Дженни весь мир.

– Дженнифер, ты же знаешь, что я очень люблю тебя. Но при таких обстоятельствах… – Он снова запнулся. – Ты же знаешь мою семью. Они не перенесут такого позора. Если они узнают, что я помолвлен с заключенной…

– Ты что, с ума сошел?! – в ужасе воскликнула Дженни. – И это ты  называешь меня заключенной? Да если бы я не взяла вину на себя, это вы с Дональдом сидели бы в тюрьме!

– Дженнифер, это неправда, – злобно сказал Том. – И как твой адвокат, я не советую тебе повторять это. – Он помолчал немного, затем добавил: – Я твой адвокат. И считаю, что нам следует прекратить всякие личные отношения. Когда все это закончится, думаю, все будет по прежнему, но сейчас лучше разорвать нашу помолвку.

Дженни недоумевающе смотрела на него.

– О чем ты говоришь?..

– Я возвращу кольцо ювелиру и сделаю небольшое заявление для прессы о том, что наша помолвка расторгнута по обоюдному согласию, но я остаюсь твоим другом и адвокатом и буду бороться за тебя до конца.

– Вернув кольцо?

– Так будет лучше. Нам обоим нужно сосредоточиться на апелляции, и любой эмоциональный стресс…

– Но, Том! Именно сейчас ты мне нужен, как никогда! – Дженнифер чувствовала, что сейчас заплачет. – Мне нужна твоя любовь, твоя поддержка! Ты не можешь так просто бросить меня!..

– Но я же тебя не бросаю. Пойми, я по прежнему остаюсь твоим адвокатом. Кроме того, Дженнифер, ты должна подумать и обо мне, о моей репутации…

– Что? Твоя репутация? Это я сделала тебе репутацию! Без моих проектов ты бы ничего не стоил! Ты был никем, когда я тебя встретила! И теперь у тебя хватает наглости бросить меня в беде? Ты трус и ничтожество!

– Дженнифер, ты сейчас сердишься, поэтому мне лучше уйти. Я скоро свяжусь с тобой по поводу твоего дела. Я действительно волнуюсь за тебя, Дженнифер, – добавил он тем уверенным тоном, каким произносил речи в суде.

– Я не могу поверить в это! – перебила она. – Если ты порвешь со мной сейчас, Том, клянусь, я…

Дженнифер замолчала – она поняла, что ей нечем ему пригрозить, она безоружна и беспомощна. Хуже того: как бы он ни поступил, она все равно нуждалась в том, чтобы он продолжал вести ее дело, это было ее единственной надеждой. Ее душила ярость, ей хотелось схватить его за плечи и трясти, трясти… Вместо этого она застыла. Ей хотелось бы, чтобы сердце больше не билось, но это было не в ее власти.

– Дженнифер, может быть, сейчас тебе трудно в это поверить, но все будет хорошо, уверяю тебя, – говорил он своим хорошо поставленным голосом.

Если бы Дженни могла, она бы засмеялась в ответ. Но она смогла только выговорить:

– Ничего уже не будет хорошо.

И ударила его по лицу. Изо всей силы. Том растерянно поднес руку к щеке.

– Мне очень жаль, – сказал он, как будто это что то значило. Как будто это могло помочь.

Том встал, повернулся и пошел к выходу. Дженнифер наблюдала за ним до тех пор, пока его стройная высокая фигура не исчезла в дверях.

Он ушел. Просто ушел.

Дженнифер думала, что худшие минуты она уже пережила – в отстойнике и в первый свой приход в столовую. Но оказалось, что есть боль сильнее и отчаяние чернее.