Мовита посмотрела Дженни прямо в глаза.

– Лучше смирись. И живи минута за минутой.

– Я не могу, – начиная дрожать, ответила Дженнифер. – Я не смогу это выдержать. Я умру.

– Ну, значит, умрешь, – просто сказала Мовита.

Дженнифер в ужасе отшатнулась. Может быть, это женщина запугивает ее? Хочет ее заставить что то сделать?

Мовита неожиданно рассмеялась.

– Не бойся, крошка, я не собираюсь тебя убивать. Я здесь, чтобы убедиться, что ты жива.

Дженни сделала глубокий вдох.

– Я не понимаю, что ты от меня хочешь, – тихо произнесла она. – Я не могу здесь оставаться. Я не выдержу больше ни одного дня. Я больше не могу.

Она начала всхлипывать.

– Знаешь, то, что здесь написано, касается не только тебя. – Мовита показала на конверт. – Именно это я и пытаюсь тебе объяснить. Ты не единственная женщина в этом аду.

– Я знаю, – обиженно сказала Дженнифер.

– Ни черта ты не знаешь! Ты думаешь, что вокруг тебя толпа народу, но не считаешь себя частью этой толпы. А это большая разница. Ты понимаешь меня? – Мовита снова указала на конверт. – Это касается каждой из нас, нас всех. А ведь для многих это навсегда, – жестко добавила она.

– Что ты имеешь в виду? – испуганно спросила Дженнифер.

Некоторое время Мовита молчала и пристально смотрела ей в глаза. Дженни стало не по себе. Она словно заглянула в глубину души этой сильной женщины и увидела там ужасную непрекращающуюся боль.

– Я умру здесь, – наконец сказала Мовита. – Ты понимаешь, что это значит? Я никогда не выйду отсюда. Никогда.

– Но как же… – начала Дженнифер.

– Молчи! – приказала Мовита. – Молчи и слушай. Я говорю с тобой об этом в первый и в последний раз. Я убила человека. Своего мужа. Эрла Уотсона. Он постоянно бил меня, но я давала сдачи. Но когда он принялся за дочку, в меня как дьявол вселился. Я кинулась на него – и убила. И теперь живу здесь. До самого конца. Это моя судьба, и ее не переменишь.

– Но они же не могут держать тебя здесь всю жизнь! – испуганно возразила Дженнифер. Она раньше как то не думала о преступлении и приговоре Мовиты.

– Именно об этом я тебе и толкую. Они могут. Но они могут держать меня только одно мгновение – только эту самую минуту. Вот что я хочу, чтобы ты поняла. Все, что требуется, – продержаться эту минуту. Ты слышишь, что я говорю?

Потрясенная, Дженни кивнула головой.

– Я не думаю ни о завтрашнем дне, ни о вчерашнем. Я даже не загадываю на десять минут вперед. Я живу настоящим моментом, и, если он хороший, я счастлива. Если плохой – как тот, который я пережила у комнаты для посетителей, – я жду, пока он пройдет. Я живу настоящим, и тебе нужно жить так же.

Дженнифер не могла осознать, что такое пожизненное заключение в тюрьме. Но она ощущала, что ее холодный карцер наполнился добротой и сочувствием. И этот момент был хорошим, потому что она была не одна. С ней была Мовита. Дженни посмотрела ей в глаза и снова кивнула. Да, она поняла.

– Ты пробудешь здесь еще целые сутки, – серьезно сказала Мовита. – Так что почитай то, что я принесла.

Снова она заговорила об этом конверте!

–  Но что это такое? – спросила Дженнифер, надеясь, что это не религиозный трактат.

– Это самая скверная штука, которая случилась со мной с тех пор, как я схватила нож и перерезала Эрлу горло, – ответила Мовита.

Дженни стало интересно. Она посмотрела на обратный адрес: фирма «ДРУ Интернэшнл».