— Не беда, — успокоила она его. — Подождем следующую.

— Ну что ж… — Витторио философски пожал плечами. — Тогда давай пока обследуем город. Он не очень большой. Потом пообедаем в гостинице и дневным рейсом отправимся на остров.

— Как скажешь, — согласилась Кэтрин.

Витторио бросил на нее взгляд, полный нежности, схватил за руку и повел по узкой улочке, ступеньками поднимавшейся вверх между белыми домами под цветными черепичными крышами. Ступеньки были сделаны из розового гранита и искрились под солнечными лучами. Внезапно Витторио издал глухое рычание:

— Ах, если бы мы только успели на ту лодку! Мы бы тогда не…

— Buon giorno, Vito! — поприветствовал его высокий мужчина, спускавшийся навстречу.

Витторио, по-видимому, был совсем не расположен общаться с этим человеком и хотел пройти мимо, но улочка была настолько узка, что итальянцу ничего не оставалось, как остановиться и представить его Кэтрин.

— Английский синьор, Райан Карлайл. Синьорина Катарина из Лондона, остановилась на вилле Роскано. — В голосе Витторио отчетливо звучали собственнические нотки.

— Очень приятно, — кивнул мужчина. — Надеюсь, вы хорошо проведете здесь время.

— Я не в отпуске, — возразила Кэтрин. — У меня на Сардинии важные дела.

— Ты извини нас, Райан, — прервал Витторио, прежде чем Кэтрин смогла пояснить, зачем она приехала на остров. — Я показываю ей город, потом мы пойдем обедать, К сожалению, мы упустили утреннюю лодку на Сан-Пьетро…

— А я как раз собираюсь туда, — сказал англичанин. — Моя лодка стоит у причала. Могу вас обоих захватить с собой.

— Как решит Катарина. — Витторио с явной неохотой передал ей право выбора, и девушка, заметив нежелание своего спутника принимать предложение, встала на его сторону.

— Нам лучше придерживаться твоего плана, Витторио, — сказала она. — Давай отложим поездку на послеобеденное время.

Райан нахмурился, затем улыбнулся:

— Ну что ж, как хотите. Увидимся вечером — я приглашен на ужин на виллу Роскано. Чао!

Он быстро пошел вниз по ступенькам, и Кэтрин какое-то время пристально смотрела вслед его удаляющейся фигуре в бежевых брюках, кремовой рубашке и темном пиджаке, наброшенном на широкие плечи.

К Витторио возвратилась его уверенность, он засмеялся:

— Ты просто умница, Катарина, так вежливо избавилась от него!

— Это и есть тот самый «английский рудокоп», о котором ты говорил?

— Да, и мне очень хочется, чтобы он навсегда остался в своих подземных рудниках.

— Какая ужасная судьба — никогда не видеть белого света!

— Это счастье, что мы редко с ним встречаемся. Мирелла же просто влюблена в него и совершенно не замечает, что он относится к тому типу мужчин, которые, кроме себя, никого на свете не любят.

«Бедная Мирелла», — подумала Кэтрин. Она вспомнила, как покраснела итальянка, когда кузен поддразнивал ее по поводу вечеринки с друзьями.

Витторио оказался заботливым хозяином. Он показал гостье почти все побережье Портомарко с его живописными аллеями, очаровательными маленькими базарными площадями, кафе и магазинчиками. На углу одной из улиц он обратил ее внимание на богато украшенное здание из розовато-рыжего камня.

— Когда-то это было палаццо Роскано, и принадлежало оно нашей семье. Но лет шестьдесят или семьдесят назад был построен новый дом, в котором мы теперь и живем. А палаццо, с тех пор как мы переехали, сменило множество хозяев — в нем устраивали винные погреба и товарные склады, потом открыли школу, а сейчас, как видишь, его превратили в ресторан.