Изменить размер шрифта - +

Старик Духалов чересчур хорошо разбирался в оружии и понял, что это конец.

В открытую дверь зашла какая-то незнакомая моложавая женщина, которая на какой- то миг

показалась  олигарху знакомой.

С ужасом посмотрев на трупы людей,  и презрительно глянув на богача, женщина подошла поближе.

-Что ?- холодно спросила она его- Не узнаёшь меня, падаль?!

-Кто ты ?-прошептал умирающий граф- Я не знаю тебя……..

-Знаешь, очень хорошо знаешь! - с отвращением посмотрела на него незнакомка -Помнишь Ирочку Тотмакову, которую ты изнасиловал когда- то ?! Так вот, это я! Знай, падаль от насилия твоего родилась дочь, от которой отказалась я еще в роддоме….Не смогла принять плод насилия твоего! Отследила я её сейчас…. Дочь она приёмная у вашей  Степаниды, Настенькой её зовут!

Твоей дочери, падаль, пятнадцать лет уже! Так что доживай в радости, дочь у тебя есть!

Сказав это, женщина с отвращением плюнула в лицо олигарха и вышла.

-Дочь, доча….-плакал потрясенный олигарх---Боже! Что я наделал, что натворил!!! И нет мне места в аду, ибо даже ада я не достоин!

Оглушенный и убитый горем стоял на коленях перед своим отцом его сын Петр.

И вдруг, граф тонко и визгливо, как- то по- бабьи завизжал, ибо явственно  увидел зависших над ним страшных, черных, вонючих и крылатых ужасных бесов ада, которые своими когтистыми лапами принялись выдирать из тела олигарха его грешную душу.

Старый граф умер в ужасающих мучениях.

Посмотрев на мертвое и безжизненное тело убитого им отца, Петр поднес дуло пистолета к своему виску.

Звонко хлопнул выстрел.

 

В это время Настенька успела подбежать к заветной березке, где её и настигла свирепая свора псов-людоедов. Крепко, как родную мать, обняла белоствольную березку девушка и в этот миг

вся свора накинулась на неё.

Подбежавшие зверолюди сладострастно наблюдали, как огромные мастифы, бульмастифы, ротвейлеры и кане- корсо буквально раздирали на части несчастную, но лишь подбадривали собак, продлевая мучительную агонию девушки.

И взмолилась тогда Настенька, уже не в силах превозмочь дикую боль от клыков разрывавших ее на части собак: Помоги мне, Господи!

И вмиг ушла куда- то боль, и Настя вознеслась, подобно белому голубю, смотря откуда- то сверху на свое поруганное и терзаемое собаками безжизненное тело…..

Далее, возносясь все выше и выше, она увидела Свет и Его Самого, Того, Которого не знала, но любила ВСЕГДА!

 

- Хватит!- недовольно пробурчал старший охранник---Откинулась девка…. Вон, собаки уже березу грызут!

В самом деле, в неистовой ярости разбушевавшиеся псы грызли тонкий ствол березки, от которой то и дело отлетали щепки, и наконец, поверженная русская береза жалобно всплакнув, упала к лапам чудовищных взбесившихся псов.

Пробовали зверолюди оторвать Настеньку от березы, да куда там!

До того были сильны мертвые девичьи объятия, что даже расцепить руки нелюди не смогли.

Да впрочем, и не успели.

Совсем близко, музыкой запоздалой победы и справедливого Божественного  отмщения прозвучала полицейская сирена, и к месту трагедии, на огромной скорости, скрипнув тормозами, подлетел патрульный УАЗ.

Моментально оценив ситуацию, сержант Светлов  сдернул автомат и  длинной безжалостной очередью расстрелял  всех нукеров-охранников и собак-людоедов.

После чего, отбросив в сторону ненужный автомат, спотыкаясь и падая, он подошел к срубленной собачьими челюстями березке и заглянул в мертвое лицо своей любимой.

По щекам Павла градом текли слезы невыносимой боли Любви и Разлуки.

Вспомнив свою клятву, он посмотрел на широко открытые глаза своей Любимой, отразившие синее-синее безоблачное Небо и попросил: Боже, прости меня….

Быстрый переход