|
Просто интересно автору, и надеюсь нашему уважаемому читателю узнать судьбу не только деда-фронтовика, но и его внука, живущего в современной России.
Итак, приняв участие в параде в честь Дня Победы и само собой в «Бессмертном Полку», уже на городском кладбище, где планировалась официальная церемония Памяти всех павших за освобождение Родины, наш лейтенант повстречал старого знакомого Кольку Иванова, по слухам, здорово поднявшегося в материальном плане в последнее время. Действительно людская молва не обманула никого, ибо был его бывший друган- одноклассник и депутатом и крупным предпринимателем. А раз так, обнявшись тепло и по дружески, наши друзья проследовали на кладбище.
Заметив у памятника Героям рыжего, бомжеватого вида, пожилого мужчину, сидевшего на земле со страдальчески протянутой рукой, лейтенант Славин, не выдержав, подошел к нему и вложил ему в руку несколько смятых бумажек Банка России. Увидев щедрое пожертвование, мужичок сей радостно ощерился, показав редкие гнилые зубы: - Да возблагодарит тебя Бог за жертву твою! Спасибо, земеля…. Будет возможность, и я отблагодарю тебя…..как смогу….
Николай Иванов скептически смотрел на Славина и на бомжика, изливающегося в похвальбе.
- Знаешь, что, - неожиданно сказал предприниматель и депутат, обращаясь к своему однокласснику, - зря ты ему деньги дал! Ведь известно, не делай добра и не получишь зла!
- Ну-у, - опешил Славин, - на хлеб ему дал, видно, что нелёгкая судьба у человека, жаль мне его!
Предприниматель Иванов не без иронии глянул на друга.
-Эх, - с лёгкой тенью ехидства и сарказма улыбнулся Иванов, - пропьет он твои деньги! Да и кому этим сделаешь лучше?!
При этих словах, бомжик, а это и был Агафрен Иванович Гудыма, понимающе улыбнулся: «Конечно пропью, на хлеб что ли тратить?!! Вот приду домой и напьюсь, ой как напьюсь, тем паче, праздник-то какой!»
Но мыслей этих наши друзья естественно не узнали, поэтому далее все разошлись по своим делам: Славин с Ивановым прошествовали к центральному памятнику, где собрался едва ли не весь город, а Агафрен Гудыма хитромудро усмехнувшись, побежал к заветному ларьку, где его ждали так желанные ему флакончики с боярышником и одеколоном.
После памятного митинга, Славин и Иванов вышли вместе с народом с территории кладбища и пошли домой. Пройдя немного и лукаво улыбнувшись, Николай остановил Вячеслава.
- Стой! - дружески приподнял свою руку Иванов, - Пешком не пойдем!
С этими словами он подвёл его к стоящему на обочине дороги и сверкающему на солнце новенькому автомобилю.
- Ого! - присвистнул лейтенант, разглядывая заморское чудо. - Это что же за машинка-то такая?! У нас таких в городке нет!
- Майбах это! - горделиво так ответил Иванов, - Сам понимаешь, не вшивые Жигули! Садись давай, на настоящей машине покатаю!
С этими словами друзья заняли свое место в чуде иностранного автомобилестроения и не торопясь отъехали от городского кладбища.
В это же самое время радостный и довольный Агафрен Гудыма, закупившись «фанфуриками» боярышника и одеколона, поспешал домой. Придя к себе, Агафрен Иванович первым делом включил телевизор, а затем, сев за стол перед голубым оком экрана, ловким движением руки откупорил столь желанный для него «фанфурик». Опасаться было некого да и нечего, потому и блаженствовал и сибитарил в своей квартире на пятом этаже стандартной пятиэтажной «хрущовки» наш мужичок абсолютно один, ибо женушка перезаняв где-то деньжат, укатила в первопрестольную, чтобы поклониться мощам очередного святого, привезенного в Россию.
Ведь понятно же, что жизнь это не прямая линия с Президентом, который один запросто осчастливливал всех везунчиков, дозвонившихся до него! Здесь, как понимал Агафрен, посерьезнее штука будет, ибо даже Президент не ровня святому, которому, по крайней мере, можно было верить и надеяться на него. |