— Вы не скажете Рахсане? — спросил Бун.

— А должен?

Геноводы быстро ретировались.

Грамматикус вздохнул и сел на кровать. Внешне он даже отдаленно не походил на Кайдо Пия. Удивительно, что он смог их обдурить. Хотя не стоило удивляться. Такова была сила логокинетики. Ее голос мог внушить все что угодно.

Опустошенный, Джон повалился на кровать и уставился в потолок. Тьма приближалась.

Он принял ее, несмотря на то что там его поджидали драконы.

Великое Приветствие заканчивалось. Наматжира со своей свитой призвал Альфария и старших офицеров пройти в павильон, чтобы обсудить предстоящую операцию. Остальные расходились по своим постам или возвращались во дворец.

Выйдя на солнечный свет, Франко Бун остановился. На обратном пути он собирался найти уксора My, выразить ей свое недовольство за то, что она отправила его с таким глупым поручением. Так неуклюже смутить такого выдающегося гетмана!

Теперь, выйдя на улицу, он почувствовал сомнения. В столкновении в покоях уксора было что-то странное.

— Что-то случилось? — спросил Роук.

— Кайдо Пий, да? — задумчиво произнес Бун.

Роук кивнул.

— Да. С голой задницей. Пользуется возможностью.

— Рахсана — заманчивая перспектива, — заметил Фарон.

Франко молча согласился. Да и не было человека в Гено пять-два, который не согласился бы с мнением Фарона.

— Но ведь это был Пий, да?

Роук и Фарон взглянули на старшего геновода и рассмеялись.

— Думаете, почему там был он, а не кто-то из нас? — хихикнул Роук.

— Я спрашиваю, это был Кайдо Пий или нет?

— Да, Франко! — посмеивался Фарон.

— Тогда как ты объяснишь вот это? — спросил он, указывая пальцем.

Метрах в ста от них расходилась рота Скоморохов Хилиад. Солдаты, сбившись в небольшие группы и опустив знамена, о чем-то беседовали и шутили.

Среди них шел Кайдо Пий.

— Пето? Пето! — позвал Пий.

Он подбежал и обнял Сонеку.

— Рад тебя видеть, — прохрипел Пето, задыхаясь в медвежьих объятиях.

— Рад тебя видеть? Он говорит, что рад меня видеть! — крикнул Кайдо пашам. — Мы думали, что ты мертв!

— Я был недалек от этого.

— Ты выбрался из Визажей? — спросил Пий.

Сонека кивнул:

— Выбрался.

— А где ты расположился?

— В больничном крыле. Я там с Лоном и остальными. Эй, Лон, Шах! Идите сюда!

Пий покачал головой:

— Это было ужасно, все были потрясены, когда узнали о Визажах. Мы несколько раз выпили, поминая Танцоров.

— Спасибо, Кай, — улыбнулся Пето. — Я рад тебя видеть.

Пий посмотрел на Сонеку.

— Пойдем в наше расположение. Выпьем, вспомним старые времена.

— Позже, Кай. Где вы находитесь?

— Северная линия, пятнадцать, недалеко от уксора Санзи.

— Я попозже к вам присоединюсь, ладно?

— Мы будем за тобой приглядывать, Пето! — прокричал Пий, исчезая в движущейся толпе.

Сонека пробирался мимо солдат, туда, где он заметил знакомый флаг.

Джокеры.

Он шел, пока не добрался до рядов Джокеров. Во рту появился тошнотворный привкус.

— Гуртадо? — прошептал он.

В пятидесяти метрах от него Бронци обернулся и взглянул на старого друга. Гетман Джокеров стоял между Тче и Ленгом, своими массивными пашами.

Их взгляды встретились. Сонека и Бронци.