— Что — подробнее?! Мэм, ну некогда мне, как вы не понимаете! Курьер вылетает через час!

— Десять минут у тебя есть. Я жду. Если верить нашей науке, Зов после смены первого зуба — нонсенс. Так что?

Лана окинула взглядом стоящих вокруг товарищей и поняла, что отвертеться не удастся. Мрины, которых обсуждаемая тема касалась напрямую, проталкивались вперёд, оттесняя людей.

— Вот и "гиксосы" сказали — нонсенс. Это эпилептический припадок был, или чем там никчёмы болеют? Никчёмой была — никчёмой и останешься. Брысь с Алайи, если хочешь жить. Тут кое-кто интересовался, как меня занесло в "Сан-Квентин"… так и занесло. "Сан-Квентин" тогда принимал, а "Крыло" — нет. Все просто.

— Да уж, — пробормотал стоящий рядом с Эрнестиной Ходок. — Я, в целом, понимаю, чего они взъелись… но всё равно, Зов — это классно! Неважно, когда!

— Классно? — прошипела Лана, чувствуя, как становится пустой и лёгкой голова. — Классно?! Для Ланы Кронберг — наверное. Лане Кронберг, которую насиловали собственные братья, а колотили все, кому она попадалась под руку… Лане Кронберг, которую попытались забить — не побить, а забить до смерти, Ходок, ощущаешь разницу? — за то, что, не жравши два дня, она спёрла на кухне кусок хлеба… Лане Кронберг, которую продали соседу-вулгу, как ненужный хлам… да, ты прав, Лане Кронберг Зов был нужен. Я бы даже сказала, жизненно необходим.

Лана перевела дыхание и почти неслышно — для людей неслышно, мринам-то что? — закончила:

— А на кой сдался Зов Лане Дитц? У меня было всё: отец, друзья, какое-никакое положение в обществе, возможность выбирать, где служить и кем вообще быть… так нет же, припёрся на мою голову! И теперь мне, видите ли, нельзя попрощаться с умирающим отцом, потому что если я сунусь на Алайю, меня могут убить. Убить за то же самое, что вас — всех вас! — делает полноценными и полноправными гражданами.

Она окинула взглядом застывшие лица окруживших её мринов и безнадёжно махнула рукой.

— Всё, народ, мне некогда, пора собираться.

Что-то решившая для себя лейтенант шагнула вперед и осторожно положила ладонь на вздрогнувшее от прикосновения плечо.

— На этом твоём курьере ведь не одно пассажирское место, правда? Подбросишь командира? Давненько я на родине не была…

— … и за это время родина, похоже, преизрядно опаскудилась, — демонстративно вздохнул Ходок. — Возьмёшь попутчика, Локи?

Такси с трудом пробиралось через запруженный машинами город. Эх, надо было заказывать "воздух"… да что уж теперь…

Лана, уткнувшись головой в стекло, безучастно смотрела в окно. Она устала. Перелёт оказался коротким, но предельно напряжённым.

Пилот курьера, получивший в качестве надбавки за скорость месячное жалованье, подошёл к делу со всей ответственностью и расстарался по полной. Выбранный им курс предполагал почти непрерывное выстраивание пространственных Врат, а этот процесс уж никак не добавлял хорошего самочувствия. Под конец путешествия девушке казалось, что у неё не осталось сил вообще ни на что, а вот поди ж ты — на удивление всё-таки хватило.

Лазарев изменился за те три земных года, что она провела в Легионе. Столица Округа Зель-Гар словно усохла, стала тесной и тёмной. Сузились улицы, дома сделались ниже и грязнее. Иллюминация, украсившая город по случаю приближающегося Рождества — мрины не верили ни в Бога, ни в чёрта, но повеселиться любили, каков бы ни был повод — выглядела откровенно жалко. В настроении ли наблюдательницы дело? Или Алайя — действительно захолустье?

Наконец такси доползло до главного входа в "Лоранс Харт".