– И вообще, какие у меня могли быть мотивы? Ну-ка, скажите!

– Те же мотивы, которые мы поначалу приписывали мистеру Мидоусу, – сказал Митчел. – Шантаж. Ваши учетные книги и расчеты не лгут, мистер Кук.

Кук отвернулся и внезапно метнулся к выходу. Это было настолько неожиданно для всех, за исключением Уоррингтон-Рива, что прежде чем полицейские опомнились, Кук уже одним рывком распахнул двери и исчез. Но за ним тут же выскочил Рив, крича Рэю:

– Рэй! Не пускайте его к машине! Это он!

Рэй был ошеломлен, но подчинился без размышлений. Подскочил к другим дверям и успел вовремя перегородить выход в коридор. Кук влетел в клубный зал, протолкался через ошеломленную толпу, выбил собственным телом оконное стекло и, спрыгнув на газон, помчался через поле для гольфа.

Его бегство не имело никаких шансов на успех, и он отдавал себе в этом отсчет. Знал, что проиграл, что конец близок и неизбежен, чувствовал, как слабеют мышцы и не хватает дыхания. Но не хотел сдаваться. Хотел добраться до деревьев, укрыться там и получить хоть небольшую передышку, чтобы подумать. Должен же быть какой-то выход – даже сейчас...

Полиция, на миг было ошеломленная, быстро пришла в себя. Оба констебля были огромного роста и тяжеловаты, но Фрост и Уиллис помоложе, весьма спортивные и полны решимости любой ценой поймать беглеца. Они проскочили через выбитое окно как олимпийцы – барьеристы, в то время как члены клуба, отворив стеклянные двери, столпились перед зданием, чтобы наблюдать за погоней. Среди них стоял и Уоррингтон-Рив.

– Вернитесь! – крикнул адвокат, когда Рэй с легкостью догнал и перегнал обоих детективов. – У него нож!

В этот момент из клубного зала вышли двое вновь прибывших членов, которые всегда опаздывали – педантичные игроки, державшие мячи и клюшки у себя дома. Минуя возбужденную толпу, они направились на игровое поле, казалось, не замечая ни мчавшейся вдали фигуры, ни трех бегущих за ней мужчин.

Уоррингтон-Рив молниеносно вырвал клюшку из рук одного из вновь прибывших и мяч – из руки другого. Широким взмахом освободил пространство перед собой, положил мяч, нанес удар и одновременно громко крикнул:

– Внимание! Бью!

Провинциальные детективы, знакомые с гольфом, тут же сместились к краю поля, не прекращая погони. Рэй предостережение игнорировал. Но Кук автоматически остановился как вкопанный, обернулся – и мяч угодил ему прямо в гортань. Издав сдавленный вопль, он рухнул, слыша при этом смех собравшихся на поле зрителей. Лежал без сил и плакал, когда подбежал Рэй и выбил нож из его руки. Еще пытался бороться, вырывался и кусался, но Рэй крепко держал его, пока не появились Фрост и Уиллис.

Перед клубом, потрясенный небывалым поступком Рива и реакцией окружающих, инспектор Митчел наспех выяснил, что произошло. Шагая через поле, чтобы произвести формальный арест, услышал, как один из членов клуба говорит другому:

– Ну и ну! Но какой тому типу удался удар!

А другой ответил:

– Удался! Нонсенс! Это Уоррингтон-Рив, адвокат Божьей милостью. Тридцать лет назад он забирал все призы в стране по гольфу. Не знал, что старик еще держит такой класс!

Мисс Траб пила чай с миссис Форд. На коврике перед камином Джой упорно ползала и падала. Мевис не было дома.

– Вы понятия не имеете, какое для меня облегчение, что Колин оказался невиновен. Правда, Френсис немного с этого толку, но она к нему привязана, ну и опять же дети. Глупо было с моей стороны его подозревать. Он слишком ловок, чтобы поступать так глупо, как Стивен. Но должна сказать, что я не подозревала Кука, пока в один день не убили и Лесли, и Раймонда. Даже тогда я еще думала, что Тома убила Френсис. И подумать только, что мне с самого начала не нужно было молчать...

– Правда всегда окупается, – выдала сентенцию миссис Форд.