– А мы облегчили Куку проникновение внутрь, оставив открытым окно.

– Он и так нашел бы способ. Так, как сделал это в Конингтоне, забрав ключ от входных дверей. После смерти отца приезжал на несколько дней, по вопросу завещания и вообще... Отсутствие ключа никогда никто не заметил. Думаю, он заказал копию.

Мисс Траб встала.

– Мне пора идти, – сказала она. – Я только хотела вас увидеть и поблагодарить. Вы в последний раз видели сегодня Элен Траб.

– О, нет! – воскликнули хором все трое, потрясенные ее словами.

– Нет, разумеется нет. Я вас буду часто навещать, – улыбаясь, пообещала она, прося прощения, что еще раз их перепугала.

Но она говорила всерьез. Думала об этом в тот самый вечер, сидя в новой комнате, которую сняла далеко от юго-западного пригорода и от Филпотов, в новой части города, где никто ее не знал. И никто не узнает.

Ибо в тот день Уоррингтон-Рив уведомил ее, что приговор за преступление, которого она не совершала, был аннулирован. Наконец она была свободна и в безопасности, уверена в чувствах Френсис, счастлива своей новой работой в сиротском приюте.

Налила себе чаю, придвинула кресло к камину, поправила лампу поудобнее и взялась за письмо с благодарностью Уоррингтон-Риву. А закончив, подписалась именем, которое не позволила запятнать, именем, которое вновь вернула себе Элен Виктория Клементс.