При мысли о Доминике ее прекрасное настроение несколько испортилось. Она не должна забывать, что она здесь в заключении, и каким бы симпатичным, ни был тюремщик, он все равно оставался тюремщиком.

Повертев в руках чайную ложечку, она вдруг спросила:

– А ваш хозяин все же лег в постель?

Болт кивнул.

– Да, еще час назад.

Ей следовало бы удовлетвориться этим ответом, но она продолжала расспросы.

– А чем… чем он занимается? – Как бы, между прочим, поинтересовалась она.

– Он пишет книгу, мисс, – ответил Болт, поставив чашку на стол.

– Книгу? – с любопытством переспросила Элен. – Какую книгу?

– Я думаю, мне не следует обсуждать с вами дела мистера Лайалла, мисс, – почти извиняясь, сказал Болт. – Почему бы вам не спросить его самого?

– Действительно, – согласилась Элен со вздохом.

– Позвольте мне задать вам один вопрос, мисс. Что произошло между вами сегодня утром?

Элен сосредоточенно разглядывала кофейную гущу в своей чашке.

– Ничего, – ровным тоном произнесла она.

Болт нахмурился.

– Что вы ему сказали?

– Что я сказала? – Возмущенно повторила она. – Я ничего ему не говорила. Я просто принесла его дурацкие таблетки!

– Мне кажется, он этого не оценил.

– Это очень мягко сказано! Ваш хозяин – настоящий грубиян! – В сердцах бросила она.

Болт встал и начал собирать грязную посуду.

– Вы должны понять… – начал он, но Элен с негодованием перебила его.

– Почему я должна что-то понимать? Почему он не попытался понять меня, мои чувства. Я не просила, чтобы он приводил меня сюда. И уж тем более не хотела здесь оставаться.

Болт озабоченно посмотрел на нее.

– Мне не хотелось бы увидеть, что вы страдаете, – сказал он.

– Я? – сердито воскликнула Элен. – Почему вы решили, что я буду страдать? Он грубый, надменный, эгоистичный! Как он сможет заставить меня страдать?

Болт поднял густые брови.

– И вы еще спрашиваете, – туманно произнес он и понес грязную посуду в мойку.

Несмотря на его протесты, Элен стала помогать Болту мыть посуду, а потом, когда кухня засияла чистотой, он сказал:

– Мистер Лайалл, вероятно, останется в постели до вечера. Не хотите ли пойти со мной на задний двор проведать наших животных?

Элен выглянула в окно. Яркое утреннее солнце уже скрылось за тучами, и казалось, что скоро снова пойдет снег, но девушке неудержимо захотелось на свежий воздух.

– С удовольствием, – сказала она, чем очень обрадовала Болта.

– А у вас есть сапоги – непромокаемые сапоги, я хочу сказать? И что-нибудь теплое из одежды?

– У меня есть веллингтоны, – ответила она. – Я собиралась много ходить пешком, – грустно – усмехнулась она. – И если вы высушили мое пальто…

– Конечно. Оно в гардеробной в холле. Я повесил его туда утром.

– Отлично. – Элен бодро направилась к двери. – Дайте мне несколько минут.

Взбежав вверх по лестнице в свою комнату, она подумала, не использовать ли ей эту возможность для того, чтобы позвонить. Болт занят на кухне приготовлением корма для животных, а Доминик Лайалл находится в постели.

Но нет. Перспектива испортить отношения с добродушным слугой ей вовсе не улыбалась, и Элен не хотела, чтобы он застал ее за подобным занятием.