Loading...
Изменить размер шрифта - +
– И если я прав, беги за мужем, призови на помощь все свое обаяние и моли прощения у его ног. Возможно, тебе удастся вернуть Дэвида, по крайней мере на этот раз. Мужчина многое способен простить женщине, которую любит. Только впредь не допускай промашек. Сомневаюсь, что он сумеет простить тебя дважды.
Джоселин смотрела на кавалера во все глаза.
– О твоей выдержке ходят легенды, – проговорила она почти на грани истерики, – но ты превзошел самого себя. Зайди сюда сам сатана, и ты предложил бы ему партию в вист.
– Никогда не садись играть в карты с чертом, Джоселин, – парировал Рейф. – Он передергивает.
Взяв ее холодную как лед руку, легонько коснулся губами – прощальный поцелуй.
– Если не удастся уговорить мужа, дай мне знать, и мы приятно проведем время вдвоем. Правда, я не могу предложить тебе ничего, – добавил Рейф, отпуская ее руку, – кроме легкого, ни к чему не обязывающего приключения. Прости, не хочется лгать. Много лет назад я отдал свое сердце той, что не удержала его. Оно упало и разбилось, и теперь у меня нет сердца. – Возможно, на этом следовало поставить точку и уйти, но, глядя в ее милое заплаканное лицо, Рейф, сам не понимая зачем, добавил:
– Ты мне напомнила женщину, которую я знал когда то. Ты похожа на нее, но не настолько, чтобы я мог ее забыть. Нет, не настолько.
С этими словами он ушел, погрузившись в суету многолюдной Брук стрит. За углом Рейфа ждал экипаж, так что ему оставалось только запрыгнуть в коляску и умчаться восвояси.
Какая то часть его самого потешалась над любовью Кэндовера к эффектным жестам. «Неплохо ты, Герцог, сыграл спектакль!» Титул «герцог» настолько крепко прирос к Рейфу, что стал восприниматься в обществе как имя. На протяжении многих лет он оттачивал образ, доведя его почти до совершенства. И действительно, ему, настоящему английскому джентльмену, хладнокровному, рассудительному даже в чувствах, имя Герцог подходило больше, чем Рейф.
Ну что же, у каждого свое хобби.
К тому времени как пришла пора сворачивать на Парк лейн, Рейф вдруг понял, что слишком приоткрыл завесу, скрывающую его подлинное «я» от окружающих. К счастью, не в интересах Джоселин распускать слухи, а сам он, конечно же, не станет распространяться об этой истории.
"Пришло время искать новую любовницу», – решил Рейф, останавливаясь перед собственным домом на Беркли. Жаль. Ведь он прождал несколько недель, прежде чем нашел женщину, пробудившую в нем чувства. С каждым разом становилось все труднее выбирать ту, которая зацепила бы его чем нибудь. Рейф уже начал было подумывать, не стоит ли оставить в покое дам из высшего света и не взять ли куртизанку. Во всех отношениях так было бы проще, жаль только, что женщины подобной профессии чаще всего грубы и необразованны, да и заразиться можно. А подобная перспектива его совсем не устраивала.
И с юной Джоселин Кендал он оказался только потому, что та прозрачно намекнула, будто предстоящее замужество – просто сделка и хорошо бы поразвлечься. Она давно ему нравилась, но Рейф предпочитал держаться на расстоянии, не в правилах вступать в связь с невинными девицами. Все время, пока он разъезжал по стране, Рейф думал о ней, с нетерпением предвкушая свидание, и, как только приехал в Лондон, дал о себе знать. Увы, за последние несколько недель в сердце леди произошли изменения. Может быть, она не смогла разобраться в своих чувствах по неопытности, но супруг, и это ясно как день, души не чаял в молодой жене. Придется Рейфу поискать счастья в другом месте.
"Ну что же, нет худа без добра, – утешал себя Рейф. – По крайней мере должен быть доволен тем, что счастливо избежал чересчур прилипчивой связи. Мог бы предугадать финал, коли имеешь дело с такой романтической особой». И все же Рейф знал, на что шел, и поступал осознанно. Уж очень привлекала его Джоселин, уж очень напоминала она женщину, которую он когда то знал.
Быстрый переход