— Погодите, — бормотала Эдит сквозь зубы, — дайте только найти эту потаскуху, и я брошу ее на растерзание псам!

Помедлив на тротуаре, Эдит с гримасой отвращения оглядела фасад таверны и передернулась, услышав изнутри взрыв грубого хохота. До чего она унизилась ради внука! Сначала подкупила судью, который распорядился арестовать и осудить Шимейн, затем совершила еще немало преступлений, на которые никогда не осмелилась бы утонченная дама-аристократка. И вот теперь по ее гордости был нанесен последний удар! Подумать только — поселиться в вертепе, среди пьянчуг и блудниц, точно какая-нибудь простолюдинка! Вероятно, она желала смерти не тому человеку. Кончина Мориса избавила бы ее от унижений и беспокойства.

Тяжело вздохнув, Эдит толкнула дверь таверны и с величественным видом шагнула через порог. Шум горластых завсегдатаев сомнительного заведения чуть не заставил ее отказаться от своих намерений и вызвал внутреннюю дрожь. Внезапно шум начал утихать, а головы — поворачиваться к двери.

Морриса Хэтчер поставила локоть на занозистые доски стола, подперла ладонью подбородок и с благоговейным трепетом воззрилась на гостью. Она еще никогда не видела такой блестящей ткани, такого простого и изысканного покроя платья.

— Какая жалость, что его носит старая калоша! — завистливо пробормотала Морриса. Поднявшись, она подмигнула блуднице, сидящей рядом. — Неужто миледи понадобились услуги кого-нибудь из здешних мужчин?

Ее соседка захихикала в кулак и громким шепотом подсказала:

— Спроси, какая постель придется ей по вкусу!

Морриса помахала хозяйке и ткнула большим пальцем в сторону гостьи, в нерешительности стоящей у двери.

— Откуда у тебя эта новая девка, Фрида?

Фрида поджала ярко намазанные губы.

— Из Букингемского дворца. Недавно мне доставили целый корабль таких.

Подойдя к двери, Морриса обошла вокруг леди в черном, оглядев ее с головы до пят. Все в ней говорило о богатстве.

— Вы не заблудились, миледи?

— Боюсь, что нет, — надменно обронила Эдит, поморщилась и брезгливым жестом поднесла к носу кружевной платочек. Эта шлюха, наверное, купалась в дешевой туалетной воде — от нее исходил тошнотворный запах. — Полагаю, это и есть таверна, в которую меня направили узнать, нет ли здесь свободной комнаты?

— Ого! — Морриса сразу оценила аристократический выговор дамы. — Вот так птица к нам пожаловала!

Эдит окинула черноволосую блудницу пренебрежительным взглядом:

— Неужели вы никогда не слышали, как говорят дамы?

— Как же, слышала, — охотно ответила Морриса. — И повидала таких сколько угодно. Но дамы редко бывают здесь, разве что с мужчинами, иначе их живо заставят работать.

— Вы хотели сказать — затащат в постель, — сухо поправила Эдит. Если эта распутница считала ее слабоумной, она жестоко ошибалась. Семьдесят четыре года жизни не прошли для Эдит даром. — Боюсь, я слишком стара, чтобы привлечь внимание кого-нибудь из ваших друзей, поэтому мне ничто не угрожает. Мне нужна отдельная комната, где можно переночевать, горячая ванна и сносная еда. Я прошу слишком многого?

Выдержка пожилой дамы произвела впечатление на Моррису.

— Пожалуй, нет, если вам есть чем платить.

— Об этом не беспокойтесь, — уверенным тоном откликнулась Эдит. — Если вы распорядитесь о том, чтобы мне приготовили комнату и пошлете кого-нибудь принести мой багаж с «Лунного скакуна», я заплачу вам за услугу.