— Что?!

— Да, сынок, поживешь пока в гостиной. — Екатерина Васильевна смотрела виновато.

— Но почему не поселить их с Леркой вместе?!

— У нас не общежитие, — рассеянно бросил Евгений Наумович и протянул жене чашку под кофе. — И комнат хватает…

Лера повеселела: не ее выселяют, ура!

Гриша помрачнел: вот черт, не повезло как, влип по самое не могу! Интересно, где ему встречаться со своей девчонкой? В комнате они включали музыку и до изнеможения целовались, а теперь что? Болтаться по улицам? В гостиную в любую секунду могут войти…

— Пап, честное слово, я не могу переехать. У меня в комнате комп, принтер, сканер. Мне работать нужно, сам знаешь!

Гриша не врал, он со второго курса подрабатывал системным администратором в небольшой инвестиционной компании. Учебе это не мешало, скорее помогало, да и деньги никогда лишними не бывают.

Отец одобрял. Говорил: «Правильно, учись рассчитывать на себя, родители не вечные. Останетесь с Леркой одни, никто за резинку от трусов вас по жизни тянуть не будет…»

Может, еще не все потеряно?

Гриша с самым серьезным лицом сказал:

— Пап, я каждый день должен обновлять сайт, ты же знаешь. Лерка сейчас спать завалится, а мне до двух ночи пахать! И потом — куда я дену всю технику?

— Перенесешь в мой кабинет, — хмыкнул Евгений Наумович.

Гриша мрачно кивнул.

— Видишь, я тоже согласен потесниться. Бедная девочка семнадцать лет жила в избе, удобства во дворе, пусть хоть сейчас…

— Папа прав. — Екатерина Васильевна подошла к сыну и поцеловала в макушку. — Уступи, Гриня.

— Ма, ну хватит уговаривать, что я — маленький?

— Для нас вы всегда маленькие, — горько усмехнулась Екатерина Васильевна. — Как подумаю, что это мои дети могли остаться без матери…

Она резко отвернулась, пытаясь сдержать слезы. Иногда казалось: сестра отвела судьбу.

Ведь именно она, Катя, росла слабенькой, все болячки в детстве ее были, а Светланка никогда не болела, как же вышло, что она умерла раньше? Может, взяла на себя смерть, предназначенную ей, Кате?

Нет, они просто обязаны позаботиться о Василисе! А когда подрастет Лелька — и о ней тоже.

После ужина Лера отыскала старый альбом с фотографиями, но любительских снимков, сделанных во время единственной поездки в лесничество, оказалось на удивление мало.

Лера рассмеялась: мама с перекошенным лицом отмахивается березовым веником от комаров! Вот Гришка в одних трусах, тощий — ужас, все ребра видны. Вцепился обеими руками в ружье, а мордашка испуганная — боится, что оно выстрелит? А здесь она, Лера, прижимает к груди большую эмалированную кружку, над верхней губой — молочные усы. Смеется, глупая, — половины зубов нет.

А вот и Васька! Жаль, только на одном снимке.

Лера с любопытством рассматривала фотографию — забавная девчонка на крыльце деревенского дома, рыжая и веснушчатая, в белой футболке и босоногая. Щурится на солнце и обнимает кота, тоже рыжего.

Гришину комнату освободили быстро. Парень — не девчонка, это у Леры все полки заставлены безделушками, косметикой и мягкими игрушками. У Гриши единственная ценность — стол с компьютерной техникой. Его и перенесли в кабинет отца.

Свою одежду хмурый Гриша пристроил в шкаф-купе, тот занимал всю стену в прихожей, места в нем хватало. Хотя дай той же Лерке волю…

Екатерина Васильевна по-детски старательно пропылесосила ковровое покрытие. Собрала красивыми фалдами сшитые на заказ шторы. Протерла полиролью шкаф и подоконник из натурального дуба.