|
Или… пока Кун ходит с братом по лесу, попробовать самой придумать такие заклинания, которые потом можно использовать напропалую? Если они остаются в этом доме, сделать надо будет много чего. Особенно помня об угрозе измигунов… Посмотрела на Лулу. Отправить бы её с Куном, чтобы проводил до дома, но ведь белобрысенькая испугается в одиночку идти с оборотнем. И ведь у неё не спросишь… «Хм, – удивилась Алиса. – А почему не спросить, не маг ли она? Так пусть научит хоть простеньким заклинаниям. А если спросит, почему я их не знаю, можно будет отбрехаться… – она задумалась и фыркнула про себя: – А болела я!.. И мне не разрешали магией заниматься. Кстати, а почему я решила, что это магия – то, что мы с Витькой можем вызывать огонь? А если это колдовство?..»
Додумать не успела. Будто призрачный стук донёсся с первого этажа. В конце коридора то двери нет. И всё, что происходит на первом этаже, довольно отчётливо слышно в коридоре второго. Оборотень тоже насторожился, глядя в конец коридора. Прошептал так, что слово словно зависло в воздухе: – Началось…
Глава 6
К входной двери Лула отказалась подходить. Наотрез. Смотрела на всех так затравленно, что казалось: они все хотят принести её чуть ли не в жертву. Кун же смотрел на них двоих, как… скажем так, как на ненормальных. Вроде как: «Ну, если любопытно, так почему бы вам и не посмотреть…» Сам даже вставать не думал с пола. Вообще то – оправданно: нога то, прокушенная челюстями капкана, да ещё много раз потревоженная движением, болела наверняка ужасающе. А в головы Алисы и Виктора втемяшилось твёрдое убеждение, что с ними ничего особенного не произойдёт. А потому им до зарезу хотелось если не увидеть, то услышать ночных тварей, которые постепенно брали дом в кольцо – по уверениям оборотня. Что ж… Вооружившись подростковым мечом и уже привычными двумя ножами, брат первым пошёл к лестнице на первый этаж. Алиса за ним – на всякий случай сжав кулачок и заранее вытянув указательный палец. Рассудок напоминал, что против любого врага драться огнём нельзя – дом сгорит, и перед лицом ночных тварей они все станут беззащитными. Но сложенные определённым образом пальцы придавали уверенности, что и она, Алиса, небеспомощна. Шагая за Виктором, который прихватил одну свечу, она суматошно уговаривала себя: «Мы только послушаем и сразу поднимемся назад. – И одновременно злилась: – Получается, из за измигунов здесь люди жить не могут? И оборотни до кучи? Чёртов муж, который так легко обрёк якобы неверную ему жену на страшную жизнь! Беззащитную женщину наказать легко, причём даже не доказав её вины! А вот справиться с какими то тварями, которых все боятся, даже не подумал! Или… – задумалась она, – они тут все привыкли к такой жизни, что днём для них весь мир открыт, но с закатом солнца надо отсиживаться за стенами дома? Но это не жизнь!.. Хотя… люди ко всему привыкают. Но, чёрт… Получается, мой несостоявшийся муж и его дядюшка решили от меня и брата таким образом избавиться? А что – неплохо устроились: и, типа неверной, жены нет, и её угодья остались во владении вдовца… Лучше бы эти у измигуна отбил! Ненавижу гада». Брат остановился. В подрагивающем пламени свечи нарисовалась дверь в «сени». Здесь стук во входную дверь стал более отчётливым. И даже характеристики для него нашлись: там, на улице, стучит человек, который страшно боится остаться вне дома и который знает, чем ему, его жизни грозит глухая тёмная ночь. Поэтому он, наверняка суматошно оглядываясь, стучит часто, но при этом негромко, чтобы не услышали враждебные ночные существа. Алиса и Виктор переглянулись. Был период в их жизни, когда они взахлёб смотрели только ужастики. |
