– Зато мы хлеб принесли, – невпопад утешил её Виктор. – У тебя ведь ещё чай остался? Наливай по чашкам! Какой никакой, а полдник теперь у нас есть!

– А ведь обещали привозить продовольствие, – задумчиво вспомнила Алиса. И содрогнулась. Да так, что Виктор спросил:

– Ты о чём?

– До меня только сейчас дошло, что дан Бартлей мог обещать что угодно нам привезти и в каком угодно количестве. Если учесть измигунов.

Пили чай стоя, глядя в открытое окно – на лето в лесном местечке, на радостный солнечный день, который потихоньку словно бы густел к вечеру, наполняя плотностью тени, которые ранее не были заметны, и с бездумными улыбками слушали птиц, напрочь отказываясь думать о том, что впереди страшная ночь.

Стук в кухонную дверь заставил всех троих опустить чашки с чаем.

– Открыто! – крикнул брат и тут же смутился.

Алиса встрепенулась: Реган? И тут же покраснела – чувствительно настолько, что учуяла жар от лица, даже не прикасаясь к нему.

Но вошла леди Эйслин. Алиса тут же забыла о Регане, присматриваясь к ней: «Снежная королева оттаяла?» А недавно надменная, дама искренне улыбнулась и сказала:

– Господа, нам надо обсудить то, как мы будем готовиться к ночи. Хочу пригласить вас за стол в каминную. Будет удобней, если вы сразу узнаете, как использовать артефакт из магической чёрной соли. И заодно распределим обязанности, что кому делать перед закатом. Леди Алиссия?

– Да, согласна, – кивнула девушка и оглянулась на брата с белобрысенькой. – Идём.

Показалось – или нет, что леди Эйслин выдохнула с облегчением? Побаивалась, что Алиса встанет в позу и заявит, что они, все трое, останутся опять таки на кухне?

Виктор взял сразу весь чайник, Лула – поставила на поднос тарелку с нарезанным ломтиками белым хлебом (печально посмотрев при этом на хлеб) и две чашки. Выйдя из кухни, Алиса вспомнила кое что и, отдав свою чашку Виктору, предупредила, что должна сбегать на второй этаж. Точной причины не сказала, так что леди Эйслин пока не поняла, в чём дело, но Виктор с Лулой немедленно остановились, выжидая, пока девушка навестит Куна.

Взбегая по лестнице, Алиса решала, пригласить Куна в каминную комнату на общее обсуждение важного дела или не стоит? Пришла к выводу, что легче спросить его самого… Ну и спросила. Оборотень, сидевший, прислонившись к стене (Алиса так поняла, что разбудила его от лёгкой дремоты), только улыбнулся и покачал головой.

– Вы то там будете кстати. Но не я. Не забудьте потом рассказать, что надо делать. Возможно, и я пригожусь.

– Обязательно расскажу, – пообещала Алиса, торопливо скатываясь по лестнице.

Как ни странно, леди Эйслин не стала осуждающе разглядывать её, не стала брезгливо морщиться, сообразив, что девушка бегала к оборотню, а сразу направилась к двери в каминную комнату.

Здесь их встретили так радушно, что все трое даже растерялись. Чайник в руках Виктора радостно приветствовали. Девушек усадили за стол, отодвинув для них стулья – правда, свой стул Лула быстро подвинула ближе к стулу хозяйки, боязливо поглядывая на остальных. А Виктор, ничего не говоря, перенёс свой стул так, чтобы сидеть с другой стороны от сестры. Никто и слова не сказал в осуждение. Восприняли все перемещения как должное.

Здесь же, наконец, молодёжи представили второго телохранителя леди Эйслин – дана Ристерда, совсем не похожего на темноволосых леди и первого телохранителя, потому что был он довольно светловолосым, близко к Луле. Для начала снова пришлось всем разлить чай – кто то свой уже выпил, кто то захотел свежего. Лула как села, так и открыла рот на выставленные гостями лакомства. А Виктор с Алисой переглянулись. Выставленные сладости были настолько не похожи на всё то, что обычно они видели в своём мире, что они, не сговариваясь, выждали, когда гости предложили Луле, как самой нетерпеливой, отведать вкуснятины, и только потом брат с сестрой осторожно распробовали их сами.