— Они раскалены, как адские сковородки, и к тому же тебя всюду подстерегает опасность! — улыбнулась она.

— Существует легенда, что во время большого наводнения все индейцы вскарабкались на вершины гор, чтобы спастись, Когда вода схлынула, те, у кого на душе было много грехов, обратились в камни. Так что вы, можно сказать, недалеки от истины.

Шери подняла голову и с интересом вгляделась в причудливые разломы скал. Ей чудились уродливо искривленные лица людей, навеки застывшие в камне. Теперь она понемногу начинала понимать апачей. Этот ад для них — дом родной. Тут можно спрятаться так, что тебя вовек не отыщут. Укрывшись в расщелинах скал, индейцы могут часами караулить свою жертву, до тех пор пока она не попадет прямо им в руки. Именно так в пещере поступил и Бренд.

Наконец она решилась и сделала большой глоток. Само собой, это была не та вода, к которой она привыкла дома, но Шери была страшно рада уже тому, что она по крайней мере мокрая, да и отравиться ею, как выяснилось, нельзя.

Оглядевшись, она заметила под выступом скалы небольшую тень и присела, чтобы немного отдохнуть. Шери вдруг вспомнила все то, чему она вольно или невольно выучилась за последние дни. Она вытащила из сумки блокнот и карандаш и принялась торопливо писать.

Стараясь не забыть ни одной детали, Шери подробно описала их ожидание в пещере, схватку с индейцами и то, как Бренду удалось спасти ей жизнь. Она не забыла ни то, как перевязывала ему раненое плечо, ни то, что сама чувствовала при этом. Карандаш так и летал. Эпизод за эпизодом ложился на бумагу. Шери забыла обо всем, кроме того, что должна успеть записать все до мельчайших подробностей, чтобы никто, и в первую очередь Тим Де Янг, больше не сомневался, что она знает, о чем пишет. Она покажет им всем, лихорадочно думала Шери. Само собой разумеется, если им с Морин в конце концов удастся благополучно выбраться отсюда.

Бренд наполнил флягу до краев и напряженно вглядывался вдаль, когда внезапно воцарившаяся тишина заставила его оглянуться, и разведчик с изумлением увидел, как девушка, склонившись над блокнотом, лихорадочно черкает строчку за строчкой. Вспомнив, что успел прочесть начало ее будущего романа, он вдруг поймал себя на мысли о том, что очень хочет узнать продолжение прерванной истории.

— Чем это вы заняты?

— Нужно все записать, — бросила она. — Так много всего случилось сегодня! Хочу успеть занести все это на бумагу, пока подробности еще свежи в моей памяти. Уверена, все мои читатели будут просто очарованы тем, как вы узнали, не отравлена ли вода. Да и легенда про наводнение тоже им понравится. Они обожают такие вещи.

— Вам придется отложить это до лучших времен, — бесстрастно перебил он. — Надо двигаться.

— Что-то не так? — На лице ее снова появилось встревоженное выражение.

— Слава Богу, нет. Но мы расположились на открытом месте. Если кто-нибудь шел по нашему следу, ему не составит труда обнаружить нас. Через пару часов мы доберемся до места, где можно будет ненадолго сделать привал. Тогда все и запишете.

Шери немало подивилась тому, с чего это он вдруг так заинтересовался ее работой. Это было странно, но отнюдь не неприятно. Грубость его куда-то исчезла.

Они двинулись в путь. С каждым шагом револьвер все тяжелее оттягивал ей пояс, но девушке и в голову не приходило жаловаться. Шери еще не забыла, как всего несколько часов назад с его помощью она спасла жизнь им обоим, и если потребуется, то не задумается еще раз пустить его в ход.

Они шли и шли: через заросли гигантских цереусов и колючие кусты, через рощу коротколистной юкки, сплошной лес пузатых колючих кактусов и еще каких-то диковинных растений, названий которых она не знала. Казалось, дороге не будет конца. Шери едва удержалась, чтобы не спросить Бренда, куда они направляются, но вовремя спохватилась.