— Можем привязать твою лошадь позади фургона… — начал он.

— Как ты догадался, что моя лошадь где-то поблизости? — устало спросила она.

— Не забрела же ты пешком в такую даль, — невинным тоном ответил он, отводя глаза в сторону.

— Нет, конечно, — согласилась Касси, вспоминая о стаде, весело шествовавшем за ней.

Шэйн стегнул лошадей, прибавляя ходу. Он бросил на нее взгляд, наполненный одновременно пониманием и удивлением.

— Я так и подумал.

Касси молчала, понимая, что он всего лишь элементарно добр к ней. Он предложил подвезти ее совсем не потому, что нуждался в попутчице, или, что гораздо важнее, не из желания унизить. Он избавил ее от мучительной ходьбы, причинявшей настоящие страдания, и, главное, от еще более мучительной неловкости.

Глядя в лицо Шэйну, Касси заметила в нем нечто большее, нежели просто привлекательную внешность и фамильную гордость Лэнсера. Она разглядела доброту, которая свидетельствовала о чутком сердце, и внезапно осознала, что это качество влечет ее столь же сильно, как и желание, которое его присутствие пробуждало в ней.

Когда фургон, подпрыгивая на кочках, заскользил вниз по склону, Касси предалась наслаждению тишиной, прислушиваясь, как Шэйн свистал лошадям. Холмы отступили назад. Фургон спускался к показавшемуся внизу дому. Касси буквально раскрыла рот от удивления, когда увидела его изящные очертания. Эта элегантность хорошо согласовывалась с названием усадьбы — Бикон Хилл. И хотя по той же причине дом производил впечатление поставленного не на своем месте, он придавал утонченное изящество окружавшему его пейзажу. Лицо Касси просияло от радости, когда из высоких двустворчатых дверей выплыла Сара. Она приветливо помахала Саре рукой, с облегчением встречая дружелюбное лицо.

Однако вместо того, чтобы остановиться рядом с гостьей и поговорить хоть минуту, Сара бросилась к фургону.

— Ты привез мою материю? — Она начала копаться в фургоне и провозилась там до тех пор, пока не добралась до сокровища, которое искала. Достав кусок материи, Сара воскликнула в полном восторге:

— Только посмотри, Касси, это на платье, которое я сошью специально для ежегодного обеда на свежем воздухе. Что скажешь?

Приложив ткань к себе, она слегка поворачивалась из стороны в сторону, дожидаясь ответа.

— Уверена, будет очень хорошо, — тихо ответила Касси, думая о том, что ее не пригласили на праздник. По правде говоря, она никогда и не слышала о нем.

— А ты что собираешься надеть? — поинтересовалась Сара, продолжая любоваться тканью.

Подбородок Касси слегка вздернулся вверх.

— А меня не приглашали. — Голос прозвучал ровно, тихо, с едва уловимым оттенком обиды.

— Боже мой, ну, разумеется, ты приглашена. Приглашены все.

Сара повернулась к брату.

— Ты уже рассказывал Касси о ежегодных обедах на открытом воздухе, которые устраиваются в усадьбе Лэнсеров 4 июля, не так ли?

Шэйн поднял глаза к небу.

— Нет еще.

— Как тебе не стыдно! Так что, Касси, конечно же, ты приглашена. И ты, и Милисент, и Эндрю. Не знаю, куда подевались приличные манеры брата.

Эти слова сопровождал испепеляющий взгляд, брошенный на Шэйна.

— Может быть, у меня просто не было подходящего момента пригласить ее, Сара.

— Что это за момент, который ты считаешь подходящим?

— Когда тебя нет поблизости, во-первых. Я собирался сделать это на обратном пути домой, когда мы с Касси останемся одни, — вот какой момент мне кажется наиболее подходящим, мисс Сующая-Нос-Не-В-Свое-Дело.

Касси изумленно посмотрела на Шэйна.