Наиль Выборнов. Лето, пляж, зомби 4
Глава 1
Началось все с того, что я снова почувствовал свое тело. И оно болело. Только не там, где была рана, не в области живота. Все тело болело, мышцы ныли, будто затекли от неподвижности. Знакомое ощущение, честно говоря, примерно так же я очнулся в госпитале две с половиной недели назад. Тогда я попытался открыть глаза, с трудом разлепил слипшиеся веки, и увидел над головой потолок из ровных, подогнанных друг к другу досок. Так. Если это рай, то болеть ничего не должно, потому что там по определению так. Но стоит признать, со всем, что я успел наделать за свою короткую жизнь, в рай меня не отправили бы вообще никак. Если это ад, то меня должны засунуть в кипящий котел. Или приковать к какой-нибудь скале, чтобы прилетающий каждый день орел клевал мою печень. Или вморозить по пояс в ледяное озеро. Короче, я много разных пыток придумать мог, но ни потолок из досок, ни запах старого дерева, ни легкая боль в мышцах под это не подходила. Тогда я, сжав зубы, попытался приподняться на локтях, и как-то мне это удалось. Голову в вертикальном положении удержать было труднее всего, она мне показалась безумно тяжелой, но я все-таки смог. Осмотрелся. Что ж, больше всего это напоминало обычную комнату в деревенском доме, которую кто-то попытался превратить в больничную палату. По крайней мере, на вешалке, которая, похоже, заменяла стойку, висел пустой пакет из-под капельницы. От него шла трубка, и входила она… В катетер на моей руке. Опять двадцать пять, снова что ли? Ну, если я вдруг умудрился угодить во временную петлю, то она точно началась не так, как в прошлый раз. Это очевидно не военный госпиталь, это что-то другое. Приподнявшись, я смог сесть и свесить ноги. Отметил, что я в одних трусах, и тело как будто не мое. Потому что я отчетливо вспомнил, что смог набрать форму, занимаясь физкультурой и обильно питаясь. А теперь же мышцы опять сдулись, на коже была куча растяжек. Я чуть опустил взгляд, и заметил на животе шрам, который шел от самого мечевидного отростка до пупка. И еще один — там, куда попала пуля. Живой что ли получается? А как это так? Я же, очевидно, должен сотни сложить. Винтовочная пуля в живот, которая еще и фрагментировалась о пластину — после такого не живут. По крайней мере без срочного хирургического вмешательства. А где мне его могли обеспечить? Мы оказались на обрыве моста, выхода на большую землю там не было. Что вообще за херня творится? Я выдернул из катетера трубку капельницы, поднес предплечье к носу и принюхался. Ничем таким не пахнет, не загнил. А тут не стерильная палата. Значит, за ним кто-то ухаживал, промывал. И антибиотики мне должны были колоть исправно. Ничего не понятно. Я заметил на столике бутылку воды, самой обычной — «Святой источник». Поллитровку. Жажда напомнила о себе с новой силой, и вытянув руку, я взялся за бутылку, которая показалась мне чертовски тяжелой. Свернул крышку, задрал голову, сделал несколько глотков. Вода пролилась по пищеводу, и живот тут же отозвался урчанием. Черт, сколько я не ел-то? А если я жив, то сколько времени прошло? Рана на животе зажила уродливым шрамом, но он еще бугрился во все стороны. А по краям видно симметричные одинаковые дырочки от швов. Я вылил немного воды в ладонь и плеснул себе в лицо. Потом еще и еще, пока не промыл слипшиеся глаза. Ладно, вроде нормально. Жить будем. Отпил еще, а потом попытался подняться. Мне это удалось, держась за стену я вполне себе мог стоять на ногах. Тогда я сделал шаг. И еще шаг. Что ж, кажется, не все так плохо, ноги меня держат, пусть и для этого приходится прикладывать усилия. Сделав еще пару шагов, я дотянулся до двери, повернул ручку и толкнул ее от себя. И оказался в коридоре. Обычный дом, стены покрыты такими же плашками дерева, на полу — ковролин, не шумит практически. |
