Изменить размер шрифта - +
Мне-то что?

 

Ветка шагала, опустив голову и поддавая коленками большую клеенчатую сумку. Из сумки, как зеленые хвосты, торчали перья лука. Если бы я шел один, то не остановился бы. Пробормотал бы «здорово», а то и молча прошел бы. Мы ведь почти не знакомы были. Но Виталька быстро заглянул ей в лицо и сказал:

 

– Что с тобой?

 

Ветка остановилась, подняла голову. По щекам у нее тянулись следы от слезинок.

 

– Что с тобой, Ветка? – опять спросил Виталька, будто у хорошей знакомой, хотя она, может быть, его и не помнила.

 

Ну и правильно. Раз у человека следы от слез, не все ли равно – знакомый он или нет? Два года назад мы с Виталькой тоже почти не знали друг друга, а он спас меня.

 

Ветка поглядела на нас, узнала и шепотом сказала:

 

– Велосипед отобрали.

 

– Кто?! – сказали мы.

 

– Да там один… Разиков.

 

– Из какого класса? – деловито спросил я.

 

Ветка чуточку улыбнулась большим своим, слегка кошачьим ртом:

 

– Что вы… Он большой. Старый. Иван Иваныч…

 

– Что за Иван Иваныч? – грозно спросил Виталька.

 

– Ну… человек такой. Раньше он пожарниками командовал, а теперь на пенсии. Ко всем придирается…

 

Что же это на свете делается? У одних людей счастье, а у других какой-то Иван Иванович Разиков отбирает велосипед! Где же справедливость?

 

– Почему он отобрал?

 

– Да я по краешку тротуара проехала, потому что на дороге яма. А он как заорет: «Хулиганка! Правила нарушаешь! А еще девочка! – Схватил за багажник и говорит: – Не отдам, веди родителей!»

 

– Вот и веди, – сказал я. – Разве они не заступятся?

 

– Может быть, заступятся, а от мамы все равно попадет. Она не велела на базар на велосипеде ездить.

 

– А ну, пойдем, – сурово сказал Виталька. – Какое он имеет право!

 

Ветка послушно повернулась, и мы пошли отстаивать справедливость. Ветка посредине, а мы по краям.

 

Луковые хвосты щелкали меня по ноге. Я покосился на сумку. Полная и вроде тяжелая.

 

– Ну-ка, дай сюда.

 

Ветка удивилась, но отдала. Ого-го! Я перегнулся на один бок. Как она таскает эту тяжесть? И я сразу Ветку зауважал.

 

Мы дошли до угла, и Ветка вдруг остановилась.

 

– Вон он, Разиков…

 

Тощий высокий дядька в старом зеленом пиджаке чинил скамейку у калитки. У него был костлявый лысый череп и хрящеватое лицо.

 

Мы присели за палисадником.

 

– Ничего ему не докажешь, – прошептал Виталька. – Помнишь, мы в разведчиков играли, он за Вовкой Рыбиным погнался?

 

Я помнил.

 

Ветка растерянно смотрела то на меня, то на Витальку.

 

– Ничего, – сказал он. – Придумаем. Велосипед он где спрятал?

 

– Во дворе у крыльца поставил… Туда не проберешься, там такой барбос на цепи…

 

– Ничего, – опять сказал Виталька. – Сейчас мы тебя проводим, посмотрим, где живешь. А через час машина будет у тебя.

Быстрый переход