— А это разумно? — полюбопытствовал Пит.

— У меня не было особого выбора. Слушайте, мы должны сжиться с мыслью, что угрозы, сделанные неизвестным источником, призваны заставить нацию совершить нечто эдакое, что вернет нас в каменный век. Мы как страна, к добру оно или к худу, сами напросились на это своим высокомерием. А теперь кто-то пытается отрубить электричество нашему неоновому обществу, а мы не можем этого допустить, пока что не можем, пока не найдем альтернативы и народ их примет. Президенту нужен там другой соглядатай, он отчаянно нуждается в информации. Вообще-то, не могу его винить, Пит.

Тут дверь открылась и вошла Вирджиния Поллок. Она выглядела усталой и прятала глаза от друзей.

Найлз поглядел на Вирджинию, гадая, где она была. Потом оглядел всех сидящих за столом.

— Каждый американец знал, что этот день придет, и он пришел. Если неизвестных не остановят, сотня лет пренебрежения планетой вот-вот аукнется нам. А теперь внимание. Пит, мы устраиваем мероприятие только для своих, и я хочу, чтобы с этого момента вы приказали «Европе» запечатать комплекс. Недопустимы никакие внешние коммуникации. Пусть частоты сотовой связи глушат, а все пропуска аннулируются. Единственное исключение — капитан Эверетт и его команда, и как ни неприятно это говорить, но я хочу, чтобы даже его телефон прослушивался, пока он будет вне базы. Ворота запереть, связь с ломбардом отключить. Его не закрывать, по лифт в туннеле опечатать. — Комптон бросил взгляд на Алису. — Все руководство отделов должно ходить в сопровождении службы безопасности и находиться на карантине в главном конференц-зале на время нашей с ФБР операции. Пит, воспользуйтесь моим терминалом, чтобы приказать «Европе» изолировать комплекс.

Голдинг сделал, как велено.

Алиса с Вирджинией обменялись взглядами. Еще ни разу группа «Событие» не прибегала к такой строгой изоляции ради безопасности.

— Что ж, давайте выясним, кто атаковал нас, а? — бросил Найлз с кивком.

— И узнаем, кто предатель, — добавил Пит.

Ломбард «Золотой город», Лас-Вегас,

Невада

Старика, целый час просидевшего на остановке городского автобуса, никто не заметил. Алюминиевый ходунок стоял перед ним — просто старик дает отдых своему пожилому телу.

Его зоркие глаза наблюдали за магазинчиком через улицу. Пока что он не распознал одного работника ломбарда «Золотой город». Жара стояла почти невыносимая, но старик вел себя так, будто наслаждается солнцем.

Вдруг его взгляд засек в магазине нечто, заставившее повернуть голову так, чтобы лучше видеть происходящее за зеркальным стеклом витрины. Наконец узнав знакомое лицо, он кашлянул. В прошлом он уже не раз сталкивался с этим человеком и знал, что тот — фаворит начальства. Его фотографическая память вернулась на два года назад, в пустыню Аризоны, а потом — в прошлый год, к духоте Амазонки. И с удовлетворением отметил, что память исправно подсказала имя чернокожего: Менденхолл, штаб-сержант Менденхолл. Приятно знать, что некоторые вещи не изменились за год, пока он… отсутствовал.

Неуклюже встав на ноги, старик медленно двинулся через оживленную улицу, тяжело опираясь на алюминиевый ходунок. Какой-то автомобиль, просигналив, вильнул на другую полосу, но старик не отводил взгляда от ломбарда на той стороне. Услышав гудок, чернокожий поднял голову и поспешно устремился открывать дверь.

Второй лейтенант Уилл Менденхолл придержал дверь для старика, выразившего благодарность кивком. Старик не знал, что бывший сержант после миссии на Амазонке получил шпалу второго лейтенанта.

— Машина вас чуть не ухайдокала, — заметил Уилл, быстро дав двери закрыться за спиной пришедшего и бросив взгляд на часы.